В мир взрослых забот и по-настоящему жутких чудес возвращают нас новеллы Джона Бакана. Первая из них, «Ветер в портике», изначально была частью цикла «Клуб непокорных». Клуб объединил молодых ветеранов Первой мировой, собиравшихся вместе, чтобы рассказывать друг другу истории, и эта привычка в какой-то степени поддерживает травмированных войной героев. Иногда можно встретить утверждение, будто после 1914 года готическая новелла пришла в упадок, ибо слишком много было вокруг реальных, невыдуманных ужасов. Но это неверно: трагические события в реальном мире не столько уничтожили жанр, сколько способствовали его трансформации, поиску новых тем и переосмыслению старых. Как видим, даже рассказывание удивительных историй рассматривается тем же Баканом, служившим в Красном Кресте, как своего рода терапия. Характерно, что Найтингейл, центральный персонаж и рассказчик «Ветра в портике», герой войны, а в мирной жизни – тихий и застенчивый преподаватель античной литературы из Кембриджа, не любит упоминать о своих подвигах, а вот поведать о таинственном приключении, случившемся еще в предвоенное время, все же соглашается, пусть и в письменной форме.
Рассказ Найтингейла напрямую касается его «штатской» специальности – речь идет о том, как он ездил в провинцию к одному чудаку-антиквару посмотреть редкое издание древнегреческого поэта Феокрита. Но есть здесь и иная тема – римское наследие в Британии. Ее в разговоре поднимает другой член клуба, Хэнней, замечая, что по какой-то непостижимой причине римские поселения, весьма развитые, как будто не оставили следа в истории, лишь невыразительные руины и отдельные топонимы. Друзья, историк Пекуэтер и филолог-классик Найтингейл, готовы оспорить это суждение. Надо полагать, и сам автор новеллы ассоциативно связывает две империи – Римскую и Британскую – и, разумеется, поднимает одну из фундаментальных тем готики: власть прошлого над нами. Полуобразованный сквайр Дюбеллей начинает с простого интереса к римским древностям, с собирания архитектурных фрагментов, а вот чем все заканчивается… Этого мы, конечно, не скажем, лишь намекнем, что описанная в рассказе бородатая горгона действительно существует и хранится в коллекции Британского музея.
Найтингейл завершает свое повествование словами: «Через полтора месяца разразилась война, и мне хватало других забот». Так-то оно так, но выше закаленный ветеран, человек легендарной отваги сам замечает, что поездка в Шропшир изрядно напугала его и возвращаться туда он отнюдь не жаждет. Иначе говоря, готический ужас и ужас реальный друг друга не отменяют, скорее перекликаются между собой, и страшные рассказы становятся способом осмысления трагического опыта.
Завершающая сборник новелла Бакана «Песня веселых каменщиков» принадлежит к циклу, непосредственно продолжающему «Клуб непокорных». Члены «Клуба четверга», по уверению рассказчика, погрузились в житейское и злободневное, однако и в этом кругу иной раз можно услышать нечто удивительное. Вот так однажды речь заходит о внезапных смертях, и один из собеседников заявляет, что современная наука, вполне вероятно, сможет найти объяснение призракам и прочим загадочным явлениям. Это не новая тема – с той, однако, разницей, что в тридцатые годы прошлого столетия в ход шла уже, к примеру, эйнштейновская физика.
Герой «Песни…» приезжает к другу в имение, которое тот неожиданно получил в наследство. И как раз в этот момент искушенному любителю готических новелл пора насторожиться, ведь старинный дом, стоящий уединенно, – это классическая локация страшных историй, тем более что друг – увлеченный антикварий и он не только показывает гостю изумительные пейзажи и архитектуру, но и повествует о темной стороне жизни средневековых зодчих. Внимательный читатель, еще не забывший «Ветер в портике», легко уловит знакомые мотивы и даже опознает имя языческого божества Вауна, придуманного самим Баканом. Писатель явно любит тему языческого наследия, которое проступает из-под тонкого налета цивилизации, вот только рассказывает об этом одновременно жутковато, увлекательно и очень убедительно, насыщая повествование множеством исторических и квазиисторических подробностей, так что, когда Лейси, хозяин поместья, сообщает о загадочной смерти целого ряда своих предков, лиц явно вымышленных, но друживших с Генрихом Восьмым, бороздивших моря с Уолтером Рэли, участвовавших в знаменитых баталиях, ему легко поверить. А уж приезжий и на собственном опыте убедился, что место и впрямь жуткое и колдовское. Но при чем здесь каменщики – и от чего на самом деле умирали предки Лейтона? Напомним важную особенность готической новеллы: в ней, в отличие от детектива, могут оставаться вопросы без ответа и тайны без разгадки, и это не промах рассказчика, а вполне сознательный и очень эффектный прием, оставляющий долгое послевкусие.
Отважным читателям – приятного чтения!
