— У нас деньги ценятся меньше, чем пара хороших рабочих рук, так что завтра тебе придется поработать вместе с другими женщинами, идет? — темные глаза женщины опять стали сверлить девушку.
— Да, — чувствуя неловкость от происходящего, ответила ведьма.
— Вот и ладно, — при этих словах женщина позвонила в колокольчик, стоявший все это время на столе, и в дверь вошла женщина лет тридцати пяти.
— Адальгунда, проводи Айрин в ее комнату. И не забудь перед этим накормить.
Комната оказалась и вправду небольшой: шкаф и четыре кровати, поставленные так близко друг к другу, что приходилось между ними протискиваться. Ведьма бросила свою дорожную сумку рядом с кроватью и присела на одну из них. Никакого засова или задвижки на двери не было.
«Может, я переживаю абсолютно напрасно», — подумала Айрин.
В дверь постучали и принесли на подносе свинину с бобами и кружку свежего молока. Горячая еда показалась девушке неимоверно вкусной. Еще на подносе лежали два ломтика свежего хлеба. Вкуснотища! Лицо девушки светилось от удовольствия.
Ее соседка по комнате так и не пришла. Усталость брала свое, и девушку клонило в сон.
«А здесь не так уж и плохо», – подумала Айрин, впервые за несколько дней засыпая в теплой кровати, укрывшись одеялом.
***
Пробуждение было не очень приятным. Ее, сонную, стащили с кровати за ногу и, скрутив руки за спиной, подняли. Девушка даже не успела понять, что происходит. Две сильные женщины удерживали ее сзади, а напротив стояла настоятельница.
Похоже, ей в еду что-то подсыпали, так как ее сон обычно был очень чутким, и она не могла не проснуться от вошедших людей.
Вид и поведение женщин не предвещало ничего хорошего.
— Что вы делаете? — спросила Айрин.
Ответа не последовало. Настоятельница достала нож, быстро провела им по пальцу девушки и собрала выступившую кровь в какой-то сосуд. Руки девушки отпустили.
— Зачем вы это сделали?
— Пошли с нами, уже солнце встало, работы очень много, — тоном, не терпящим возражений, сказала Ирма.
— Зачем вы забрали мои вещи? Что здесь происходит?
Настоятельница размахнулась и со всей силы влепила Айрин пощечину. Не удержавшись на ногах, девушка упала на кровать.
— Не перечь, когда к тебе старшие обращаются! Поднялась и пошла работать! — рот настоятельницы скривился в злом оскале.
Щека Айрин горела огнем, до этого ее никогда не били, если не считать последнего случая с сыном Кабутара. Но этот удар был куда сильнее! Мать никогда не поднимала на нее руку. Айрин почувствовала унижение и обиду, по ее щекам покатились слезы, а во рту появился солоноватый привкус крови из разбитой губы. Наставница обладала очень тяжелой рукой. Но, понимая, что сила не на ее стороне, Айрин, всхлипывая, последовала за женщинами.
Сон никак не шел к Аарону. Лежа на подстилке из тростника, испытывая жажду и голод, он вспоминал то время, когда был еще свободным человеком.
***
Сборы заняли меньше времени, чем планировалось. Через пять дней длинная вереница повозок и солдат, подобно огромной серой змее, двинулась в направлении Сидона. Аарон хорошо знал язык и историю этой страны, что позволяло надеяться на быструю адаптацию на новом месте.
Путь к границе Сидона длился более двух месяцев. Хотя армия двигалась довольно быстро, ее снабжение и логистика отнимали много времени. Титос выделил на операцию две армии под командованием Стенгаста и Нардира, в общей сложности около семи тысяч солдат: четыре тысячи тяжелой пехоты, почти тысячу конных и около двух тысяч лучников. Вместе с ними были также маги и семь шерстистых носорогов.
Вооруженные двумя заостренными рогами и вдвое тяжелее лошади, носороги являлись грозной силой. Подобно огромным серым валунам, они возвышались над окружающими. Эти исполинские животные на поле боя были настоящими стихийным бедствием для противника. Артефакты и навесные доспехи хорошо защищали их от стрел и магических атак. Влетая на полном ходу во вражеский строй и используя свои рога, словно таран, носороги разбрасывали противников, словно ураган соломенные снопы на поле. Горе тому, кто оказывался на их пути.
Дальше путь пролегал через весь Сидон, вплоть до границы с Магрифом. Через несколько дней растительность полностью поменялась, все чаще стали появляться пальмы и густые заросли лиан. Король Сидона приказал оказывать союзной армии Титоса всяческую поддержку. На пути их ждал фураж и вода, что сильно облегчало снабжение армии. Стояло жаркое лето, что особенно чувствовалось на юге. Солнце пекло немилосердно, словно огромная доменная печь. Не обошлось и без потерь. Один из носорогов погиб по пути, не выдержав жары и трудностей дороги. Отец Аарона приказал остричь носорогов, и каждые полчаса поливать водой. Это хоть как-то спасало бедных животных от сидонского солнца. Дорога по незнакомой для него стране показалась Аарону гораздо короче. Непривычные глазу пейзажи и новые места значительно скрашивали переход.
