– Я же маленького роста и верткий, – пытался возражать Джек. – Я добуду книгу госпожи Ройдон, и меня даже никто не заметит.
– Меня тоже, Джек, – пообещал Мэтью.
Из дворца Мэтью с Галлогласом вернулись, покрытые кровью, грязью и сажей, но с «Ашмолом-782».
– Вы его принесли! – обрадовалась я.
Мы с Энни ждали их на втором этаже. Вещи в дорогу были уже собраны. Разумеется, мы взяли только самое необходимое.
– Три первых листа исчезли, – сказал Мэтью, откидывая доску переплета.
Несколько часов назад книга была целехонька. Три вырванных листа изменили ее до неузнаваемости. Строчки метались по страницам. Я думала, что буду неспешно водить пальцами по листам манускрипта и находить значение появляющихся символов. Теперь это было невозможно. От моего прикосновения слова разбегались в разные стороны, будто стайки испуганных зверьков.
– Книгу мы обнаружили у Келли. Склонившись над ней, он бормотал, словно умалишенный, – сообщил Мэтью, а потом добавил: – И книга отвечала ему.
– Это правда, тетушка. Я слышал слова, хотя и не понял ни одного.
– Выходит, книга действительно живая, – растерянно произнесла я.
– И такая же мертвая. – Галлоглас дотронулся до переплета. – Зло и могущество, собранные воедино.
– Едва увидев нас, Келли заорал во все горло и начал выдирать листы из книги. Я не успел добраться до него, как вбежали гвардейцы. Я был вынужден выбирать между Келли и манускриптом. – Мэтью замялся. – Я правильно поступил?
– Думаю, да. Когда я обнаружила книгу в Бодлианской библиотеке, то сразу почувствовала, что в ней недостает страниц. Найти их в нашем времени будет проще, чем здесь.
Современные библиотечные каталоги и поисковые системы мне существенно помогут. Трудно искать наугад. А когда знаешь, что ищешь…
– Проще, но только если они дожили до нашего времени, – возразил Мэтью. – Если же нет…
– Тогда нам уже не узнать всех тайн манускрипта. Зато твоя прекрасная лаборатория сможет раскрыть такие секреты, о которых мы и не подозревали, когда начинали поиски.
– Значит, ты готова вернуться?
В глазах Мэтью что-то блеснуло и сразу же погасло. Волнение? Или страх за нашу дальнейшую судьбу?
– Да, пора возвращаться, – сказала я.
Прагу мы покидали спешно и налегке. Костры Вальпургиевой ночи служили нам прощальной иллюминацией. Демоны, вампиры и ведьмы в эту ночь старались не высовывать носа, чтобы не разделить участь сжигаемых чучел.
Холодные воды Северного моря были вполне судоходны. Весенняя оттепель освободила гавани от ледяных панцирей. Больших и малых кораблей, отправлявшихся в Англию, было предостаточно, и мы легко нашли судно. Однако погода нам не благоприятствовала. Когда мы покидали континент, море штормило.
Я спустилась в нашу каюту. Мэтью сосредоточенно изучал книгу. Он успел узнать, что листы пергамента прошиты не нитками, а волосами.
– Dieu! Представляешь, сколько дополнительной генетической информации окажется в нашем распоряжении?
Он вдруг послюнил мизинец и коснулся рисунка на первой уцелевшей странице. Там был изображен младенец, с волос которого капала кровь. Это произошло раньше, чем я успела хоть как-то помешать странному эксперименту.
– Мэтью! – в ужасе воскликнула я.
– Так я и думал. В краску была добавлена кровь. Если это общая тенденция, тогда золотые и серебряные листочки на иллюстрациях приклеены клеем, сваренным из костей демонов, вампиров и ведьм.
Порыв ветра накренил корабль. Мой желудок не выдержал, и меня вывернуло. Когда я исторгла все, что успела съесть, Мэтью обнял меня. Приоткрытый манускрипт лежал между нами. Строчки двигались, пытаясь найти свое место в общем порядке вещей.
– Что же мы нашли? – шепотом спросила я.
– Древо Жизни и Книгу Жизни, соединенные вместе, – ответил Мэтью, целуя меня в щеку.
– Помню, Питер Нокс говорил, что книга содержит все изначальные заклинания ведьм. Тогда я назвала его сумасшедшим. Мне трудно было представить отъявленного глупца, решившего напихать столько знаний в один манускрипт. – Я провела рукой по деревянному переплету. – А оказалось, она содержит намного больше. Насколько больше, мы и представить пока не можем. Нам до сих пор неизвестно, что написано на ее страницах. Если в двадцать первом веке манускрипт попадет в чьи-то злые руки…
– Этот злодей получит безотказное оружие для уничтожения таких, как мы, – договорил за меня Мэтью.
– Что же нам делать? – спросила я, глядя на мужа. – Забрать манускрипт с собой в будущее или оставить в шестнадцатом веке?
– Сам не знаю, mon coeur.
Мэтью крепче обнял меня, заглушая своим телом завывания шторма за бортом.
– Но ведь в этом манускрипте может быть ключ ко всем твоим вопросам, – сказала я.
Неужели Мэтью готов расстаться с книгой теперь, зная, какой сундук с сокровищами попал нам в руки?
– Не ко всем. Есть вопрос, на который можешь ответить только ты.
– Это еще какой? – спросила я, предполагая шутку, не слишком уместную сейчас.
– Тебя тошнило от качки или из-за беременности?
Глаза Мэтью были тяжелыми и сумрачными, как небо над кораблем. Я даже увидела блеск молний.
– Тебе это лучше знать, – ответила я.
