Мир ведьм, вампиров и демонов.Рукопись, в которой хранятся секреты их прошлого и ключ к их будущему.«Книга Жизни» завершает трилогию Деборы Харкнесс, признанную № 1 в списке бестселлеров «New York Times».Вернувшись из елизаветинского Лондона в настоящее, Диана и Мэтью сталкиваются с новыми проблемами и старыми врагами. Ситуация осложняется тем, что Диана беременна двойней. В мире ведьм, вампиров и демонов любовь ведьмы Дианы и вампира Мэтью считалась запретной, а ее беременность и вовсе невозможной. Реальная угроза их будущему пока не раскрыта, а поиск таинственного манускрипта «Ашмол-782» и его недостающих страниц приобретает еще большую актуальность. Диана и Мэтью надеются, что манускрипт поможет им выяснить собственное происхождение и противостоять угрозам их союзу, который благословили звезды…
Deborah Harkness
THE BOOK OF LIFE
Copyright © Deborah Harkness, 2014
All rights reserved
This edition published by arrangement with Viking, an imprint of Penguin Publishing Group, a division of Penguin Random House LLC.
Серия «The Big Book»
© И. Б. Иванов, перевод, 2019
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2019
Издательство АЗБУКА®
Посвящается Карен.
Она знает, по какой причине
Выживает не самый сильный и не самый умный, а тот, кто лучше всех приспосабливается к изменениям.
Знак Рака имеет отношение к домам, землям, сокровищам и всему, что скрыто. Это четвертый знак зодиака. Он знаменует смерть и конец событий.
Призраков не напрасно называли бесплотными. Все они состояли лишь из воспоминаний и сердца. Стоя на крыше одной из круглых башен Сет-Тура, Эмили Метер прижала прозрачную руку к груди, к тому месту, где и сейчас тяжким камнем лежал пережитый ужас.
«Мне когда-нибудь станет легче? – Ее голос, как и очертания ее призрачного тела, был едва уловимым. – Неужели я так и буду наблюдать, ждать и знать?»
«Я что-то не заметил перемен», – коротко ответил Филипп де Клермон.
Он устроился рядом с Эмили и внимательно разглядывал свои прозрачные пальцы. Многое ему не нравилось в его нынешнем, призрачном состоянии. Он не мог обнять свою жену Изабо. Мир потерял для него запахи и вкусы. Исчезло его сильное, крепкое тело, а как славно было бы сейчас помахать мечом на поединке. Но сильнее всего Филиппа угнетала невидимость. Невидимость постоянно напоминала ему о безвозвратно утраченной значимости.
У Эмили вытянулось лицо, и Филипп мысленно себя обругал. С момента своей гибели эта ведьма была его постоянной спутницей, деля вместе с ним одиночество. О чем он думал, рявкая на нее, как на служанку?
«Когда они совсем перестанут в нас нуждаться, быть может, тогда и нам полегчает», – уже мягче произнес Филипп.
Хотя он и был более опытным призраком, Эмили лучше понимала метафизику их положения. Рассказанное ведьмой шло вразрез со всеми представлениями Филиппа о загробном мире. Он считал, что живые видят мертвых, поскольку живым от них что-то нужно: помощи, прощения, воздаяния. Эмили называла такие представления заурядными человеческими мифами. Только когда живые откажутся от подобных мифов, мертвые смогут появляться перед ними.
Филиппа десятками лет угнетало то, что Изабо не ощущает его присутствия. Слова ведьмы успокоили его, но лишь отчасти.
– Жду не дождусь, чтобы рассказать Эмили. Представляю, какое будет у нее лицо, когда она узнает.
Сочный низкий голос Дианы поднимался вверх, достигая парапетов башни.
«Диана и Мэтью», – в унисон произнесли Эмили и Филипп, глядя на мощеный двор, окружавший замок.
«Вот они», – сказал Филипп, указывая в сторону проезда.
Его вампирское зрение даже в призрачном состоянии оставалось острее, нежели зрение ведьм. К тому же он не утратил прежнего обаяния. Широкие плечи, дьявольская улыбка. Увидев ее, Эмили просто не могла не улыбнуться в ответ.
«Правда, чудесная пара? Посмотри, как сильно изменился мой сын».
Время не меняло внешнего облика вампиров. Эмили ждала, что увидит те же черные волосы, отливающие синевой, те же переменчивые серо-зеленые глаза, холодные и отрешенные, как зимнее море, ту же бледную кожу и широкий рот. Но предположения Филиппа подтвердились. Волосы Мэтью стали короче, он отрастил бороду, делавшую его облик еще опаснее. Сейчас он чем-то был похож на пирата. Эмили шумно вздохнула (насколько призраки умеют шумно вздыхать).
«Никак Мэтью стал… шире в плечах?»
«Да. Когда они с Дианой были здесь в тысяча пятьсот девяностом году, я хорошенько отделал его во время поединка. Книги его размягчили. Я еще тогда сказал Мэтью, что ему нужно поменьше читать и побольше сражаться».
Филипп всегда был против «избыточной учености». Мэтью служил живым подтверждением отцовских представлений.
«Диана тоже изменилась. Эти длинные волосы медного оттенка делают ее больше похожей на мать», – сказала Эмили, заметив самые впечатляющие перемены в своей, пусть и неродной, племяннице.
