— Тогда не знаю, — сказал главврач. — У нас в клинике такие операции бесплатно не делаются.
— Сколько денег нужно? — сказал Мишка.
— Триста тысяч.
— Вы в долларах примете?
— Примем, — сказал главврач. — Отчего бы не принять. Вы платить сейчас будете?
— Да, — сказал Мишка.
— Тогда идите в 117 кабинет, в бухгалтерию. Скажете, что от меня.
— Откуда у тебя такие деньги? — спросил отец в коридоре, когда они шли в бухгалтерию.
— Это неважно, пап. Я потом объясню.
К матери их пустили всего на несколько минут, она лежала под капельницей, чуть приоткрыла глаза и снова закрыла их.
— Речь постепенно наладится, — сказала медсестра. — Время требуется, время лечит.
— Вы не волнуйтесь, — добавила она. — У нас доктора замечательные.
Вечером Мишка несколько раз пытался дозвониться Ларисе, но её телефон был выключен. Отцу он неуклюже соврал, что деньги взял взаймы у хозяйки, на всякий случай. Отец не поверил, но допытываться не стал.
На следующий день Чехов старший отправился на работу, а Мишка в больницу — навестить мать.
Мать лежала на койке все в том же отрешённом состоянии.
— Мама, ты бойся ничего, — сказал Мишка, держа её за руку. — Мы тебя обязательно вылечим.
Когда он вышел из палаты, его окрикнула медсестра: «Тебя главврач просил зайти».
— Сейчас? — спросил Мишка.
— Да, прямо сейчас. Тебя ждут.
В кабинете главврача сидел парень в кожаной куртке.
— Михаил Чехов? — сказал он и показал удостоверение. — Я из полиции.
— Ну, вы тут пообщайтесь, — нервно произнёс главврач. — Я в соседнем кабинете подожду.
— Скажите, Михаил, — спросил полицейский. — Вы где взяли доллары, которые вчера заплатили за операцию?
— Занял, — сказал Мишка. — У знакомых.
— У кого именно, фамилии, телефон.
— А что случилось? — сказал Мишка.
— Деньги, которые ты вчера отдал в бухгалтерию, оказались фальшивыми.
— Этого не может быть, — сказал Мишка. — Я у серьёзных людей занимал.
— Тем не менее, факт налицо, — сказал полицейский. — Банковскую экспертизу не обманешь. Итак, где ты взял эти доллары?
Мишка назвал фамилию и номер телефона Ларисы.
— Она жена крупного бизнесмена. Это какая-то ошибка.
— Ошибка или нет, это мы разберёмся, — сказал полицейский. — А вот тебя, парень, похоже, обманули. У тебя такие деньги ещё есть?
— Нет, — сказал Мишка.
— Хорошо. — Полицейский что-то отметил в блокноте. — Задерживать пока не буду. Позвоню, когда явиться на допрос. Город не покидать. Понятно?
— Понятно, — сказал Мишка.
— Ну, и хорошо, — повторил полицейский. — Схожу за главврачом.
— Вы знаете, вашей маме стало значительно лучше, — с порога сообщил главврач. — Мы через три дня её выпишем. Домашний уют, забота близких, народные средства. Вы извините, — он виновато посмотрел в сторону полицейского. — Нам неприятности ни к чему.
Мишка приехал на Тверской бульвар в офис «Балтэксмо».
— Их нет, — сказал охранник. — Убыли в командировку.
— А когда прибудет? — спросил Мишка.
— Не докладывают, — сказал охранник. — Ты в приёмную звони.
Мишка поймал такси и поехал в дом. Во дворе колол дрова здоровый высокий парень.
— Ты кто такой? — сказал Мишка.
— Я — Антон, — ответил парень. — Я здесь охранником работаю. А ты кто такой?
— А я здесь охранником, видимо, работал раньше. Хозяева дома?
— Лариса Владимировна, — сказал Антон. — Чего хочешь-то?
— Доложи, что Чехов приехал.
— Ладно, — флегматично сказал Антон и пошёл в дом. Через некоторое время он выглянул из двери: — Заходи…
Лариса и Кэтрин в прозрачных хитонах сидели в гостиной и пили шампанское.
— Что ты хочешь, мальчик? — сказала Лариса Владимировна.
— Деньги, которые вы мне дали, оказались фальшивыми.
— Я тебе ничего не давала, мальчик, — сказала Лариса Владимировна. — Ты меня с кем-то путаешь.
— Я ничего не путаю, — сказал Мишка. — Вы мне хотя бы зарплату выплатите, я у вас почти три месяца проработал.
— Я тебе ничего не должна, — Лариса выразительно посмотрела на Кэтрин. — Какой навязчивый молодой человек!
— Тварь!.. — Мишка рванулся вперед, но мощные руки Антона обхватили его как обруч. Антон выволок его во двор и несколько раз встряхнул.
— Ты не буянь. Милицию вызовут, запрут за хулиганство. Правды всё равно не добьёшься.
— Отпусти, — сказал Мишка. — Мне идти надо.
— Ты забудь сюда дорогу, — сказал Антон. — Целее будешь…
Мишка брёл по трассе, в сумерках сгущающегося ноябрьского вечера в бликах проезжавших автомобилей ему казалось, что полотно разбегается в разные стороны как рельсы в конце железнодорожного перрона.
Беда в России с этими литературными фамилиями. Так, во всяком случае, утверждал народный сказитель главного поронайского кабака «Меридиан» Дрюня Воробьев по кличке «Орэл». Говорят, Дрюня бросил пить. И ещё говорят, что он стал первым в Южно-Сахалинске стендапером. Говорят, смешно…
Сегодня Серафиме исполнилось тридцать. Она хотела, как всегда в торжественных случаях, сочинить непотребный стишок, но ничего кроме: сижу я сука на пляжу в одном, блядь, неглижу, на ум не пришло, тем более что Серафима где-то уже это слышала.
