– Большая часть жителей скончалась прошлой ночью, сир. У каждого умершего выявлены одинаковые посмертные признаки. Те, кому посчастливилось уцелеть, как раз и сообщили в Эльвириум о случившемся, постоянно твердя о каком-то “проклятии Фэлбса”.
Граф задумался над словами стражника, сопоставляя их с уже имевшимися фактами.
– Как звали смотрителя, работавшего здесь на маяке?
– Э-э.. если честно, сир, то не имею ни малейшего понятия. Но если нужно, я…
Жестом руки граф вновь прервал его.
– В этом нет нужды, я уверен, что смотрителем и был некий Фэлбс, с которого все и началось. – Заметив на лице Рентона вопросительный взгляд, Лоуренс решил поскорее закончить этот диалог и добавил: – Подготовь для меня в течении часа хорошую лошадь и провиант на пару ночей, у меня есть одно дело.
– Но сир, куда вы направитесь? Вам не следует путешествовать в одиночку, тем более после случившегося!
– Это приказ, Рентон, выполняй.
Спустя час, Лоуренс уже во всю гнал выданную ему лошадь в сторону востока. Он не мог с точностью ответить даже себе – куда именно он направляется или что ищет, но в то же время оставался уверенным в одном: как только ему на глаза попадется нужное место, то он сразу это поймет. Сам граф любил называть подобные проблески интуиции Магическим следом. И хоть его нельзя было увидеть воочию, сейчас этот след расстилался перед ним, точно дорога из желтого кирпича.
В течении следующих нескольких часов граф двигался по ощутимому следу, доступному к восприятию лишь чувствительным к магии существам. Он надеялся в конечном итоге успеть достигнуть первоначального места, в котором было произнесено заклинание. Магический след по прошествии все более долгого времени ослабевал, и Лоуренс то и дело пускал лошадь галопом, давая ей лишь небольшие передышки. День выдался пасмурным и невольно напоминал графу о предшествующих событиях, безвозвратно унесших жизни преданных товарищей. Мир вокруг изобиловал разнообразными растениями, цветами и деревьями. Природа была насыщенна множеством звуков: то и дело были слышны мелодичные трели диковинных птиц всевозможных окрасов, жужжание и звон насекомых, а где-то в отдалении журчала бурная речка под шелест изумрудной листвы.
В какой-то момент Лоуренс был на грани отчаяния, считая свою одиночную вылазку импульсивной и порывистой. Всю дорогу его преследовала навязчивая мысль развернуться и прекратить эти поиски. В действительности же он отдавал себе отчет, что это за него говорит нарастающий страх, страх предстоящей встречи. И все же, помимо страха, графа обуревало множество эмоций его превосходящих, которые и продолжали двигать неустанно вперед. Самостоятельно начав весь этот путь, приведший его к нынешнему положению, Лоуренс посчитал необходимым самолично его и продолжить… либо завершить.
Его мысли хаотично сменяли друг друга до тех пор, пока перед взором не предстало подножие конусообразной горы, вершина которой скрывалась в скопившихся высоко наверху облаках. Хребты и склоны ее были покрыты густым слоем зелени ровно до середины, затем переходившим в сплошной скалистый рельеф. Графу наконец удалось обуздать все внутренние процессы и обрести предельное спокойствие.
Магический след заканчивался ровно на этом месте, никаких сомнений быть не могло. Перед графом встал последний вопрос: остался ли здесь сам источник вызванного заклинания? Не успел он опомниться, как меж двух хребтов прозвучал резкий хлопок, поднявший в воздух фейерверк из мелких осколков камней и спугнувший поодаль небольшую стаю птиц. Образовавшееся отверстие находилось на границе растительного покрова.
Он пробрался в отверстие и теперь спускался вглубь по отвесному склону. Заслонявшие весь небосвод серые тучи едва добавляли естественного освещения этому мрачному месту, из-за чего приходилось двигаться не спеша и аккуратно придерживаться руками за острые края камней. Спустя пару минут его ноги наконец нащупали под собой ровную поверхность, и он оказался внутри скромной пещеры. Лоуренс оглянулся и сделал шаг вперед. Пол был усыпан песком из мелких камней, раздавшийся под ногами шорох эхом разнесся по всему помещению. Как вдруг, буквально в паре метров от него, вспыхнули две ярко-красные точки.
– Ты все же посмел использовать магию крови, – сказал Лоуренс.
– У меня не было выбора.
Лоуренс увидел, как две точки немного переместились, и тут же всю пещеру озарил мягкий бордовый свет, исходящий из кубка колдуна. Их взгляды пересеклись и граф невольно отступил назад. Перед ним предстал мужчина средних лет. В тусклом отблеске пламени черты его лица казались слишком резкими и грубоватыми, однако пылающие жизнью глаза говорили о былом благородстве. Густые волосы, черные как вороново крыло, ниспадали практически до самых плеч. Колдун сидел на каменном возвышении в самом центре пещеры и выжидающе рассматривал своего гостя.
– Наша фамильная мантия, ты был одет в нее…
