Пришли четверо увешанных оружием здоровенных стражников и увели пленного. Карвену показалось, что наемник вздохнул с облегчением.
Вернулся начальник стражи.
— Вы представить не можете, как я вам благодарен, господа! — воскликнул он. — Не знаю, как остальное королевство, но наш город вы точно спасли! Если я что могу для вас сделать — только скажите!
— Ну, если вам придет в голову предоставить нам и нашим коням ужин и ночлег за счет городской стражи, будем в расчете, — улыбнулся Верген. — В конце концов, мы сделали вашу работу… да и не только вашу.
— О, конечно! — с радостью согласился начальник стражи. — Сейчас прикажу разбудить трактирщика порасторопней, чтоб он чего–нибудь для вас приготовил. Должны же вы хоть малость отдохнуть после всего, что с вами приключилось!
— Нам бы еще умыться, — добавил Верген. — А то ведь убивать наемников — страшно грязная работа.
— Вот–вот! — нашел в себе силы пошутить Карвен. — Мне и вообще показалось, что нам нарочно подсунули самых перепачканных. В следующий раз я их откажусь убивать, пока не помоются, так и знайте!
— А у нас есть горячая вода, — ответно улыбнулся начальник стражи. — Еще прежний начальник стражи специально нанял мага, чтобы тот зачаровал здоровенный котел. Теперь в нем вода всегда горячая. А то ведь стража круглые сутки дежурит, и мало ли что случиться может.
Пришел тот самый усатый десятник, что своего начальника будить не хотел, и доложил, что кони обихожены и устроены на ночь, а трактирщик разбужен, проинструктирован в правильном понимании гражданского долга и уже приступил к срочному приготовлению еды для спасителей отечества. Затем он проводил их в умывальную комнату и даже чистое белье выдал.
Вода в котле и впрямь оказалась горячей — оставалось лишь благодарить за предусмотрительность прежнего начальника стражи, равно как и неведомого мага, наложившего столь полезное заклятие.
— Ну вот, теперь и мы на людей похожи, — наконец вздохнул Верген.
Карвен огорченно хмыкнул, разглядывая то, во что превратилась его щегольская эльфийская курточка. Даже отстиранная, она представляла собой жалкое зрелище. И зачем он ее в дорогу нацепил? Болван. А уж когда они в гномье городище полезли… Трижды болван. Покрасоваться, что ли, захотелось? Так ведь не перед кем там красоваться было. Про наемников он тогда и знать не знал, а если бы и знал — им–то точно все равно было, что на нем надето. Совершенно дурацкое желание, а в результате дорогая и красивая вещь — да еще и памятная, госпожу Айнир именно в этой курточке он и обнимал — превратилась невесть во что. Пятна крови вряд ли полностью сойдут, а дыры нипочем не заделать так, чтоб незаметно было.
— И зачем я ее надел? — огорченно пробормотал он.
— Вперед наука — в дороге не форсить! — ухмыльнулся Верген.
— Вперед–то наука, а сейчас — что? — вздохнул Карвен.
— Ничего, выйдет время — новую купишь, — утешил воин. — В хозяйстве барона Наррэля что–то в таком роде обязательно должно водиться.
— Да дорогая она… — проворчал Карвен. — На те деньги, что с нас за нее содрали, неделю жить можно.
— У эльфов, в Кламмене, она тебе дешевле обойдется. И вообще нечего жадничать. Ты теперь не так уж и беден.
— Я не жаден, я по–крестьянски скуповат, — усмехнулся Карвен. — Знаешь, сколько нужно махать молотом, чтобы заработать те деньги, что отвалил нам бургомистр?
— Догадываюсь, что немало, — откликнулся Верген. — Ну? Ты готов?
— Готов, — кивнул Карвен.
— Тогда пошли, — скомандовал Верген. — Надеюсь, нам уже принесли поесть.
Ужин для них накрыли в кабинете начальника стражи.
Карвен ел, чувствуя, что начинает засыпать над тарелкой. А Верген и начальник стражи беседовали. И беседа была такой, что он быстро проснулся. Не спалось ему под такие речи.
— И все ж таки я не понимаю, какой во всем этом безумии смысл? — Начальник стражи вопросительно смотрел на Вергена. — Они же собственную армию всего лишают. Еды, питья… отравить все колодцы — это ж рехнуться надо!
— Это если думать, как мы с вами, — ответил Верген. — Если считать, что войну можно выиграть только сталью и доблестью. Я и сам вначале решил, что идея безумная. А потом понял, что есть еще одна возможность…
Он помолчал, хмурясь, отхлебнул вина и продолжил:
