Только теперь Карвен смог по достоинству оценить, какую услугу оказал ему старший товарищ, настояв на непременной покупке нового платья. Да еще такого роскошного. Да еще на эльфийский манер. Да еще с разными висюлинками и побрякушками, кои к господскому платью непременно прилагаются.
Ну и вид бы у него был, останься он в прежней одежде! Примерно такой, как у любого из этих роскошно разодетых господ или дам, окажись они, вот такие, как сейчас, в его родной деревне, скажем, на Осеннем Празднике! Да полдеревни со смеху бы померло, глядя на висюлины, кургузые эльфийские курточки и штаны в обтяжку!
Другое дело, если так одеваются все. Если именно это и принято. Если считается правильным. Да его бы просто на смех подняли, останься он в своем привычном платье, а то и выгнали бы. В самом деле, что простолюдину на господском празднике–то делать? Ах, он герой? Не может он быть героем. Герои в таких штанах не ходят.
Карвен шел вослед за господином бургомистром, улыбаясь, кланяясь, приветствуя, старательно запоминая все, что только возможно запомнить, благодаря за внимание и комплименты, в изобилии сыпавшиеся на его голову.
— Ну полно, полно, — время от времени урезонивал своих гостей господин бургомистр. — Погодите немного… сначала я скажу несколько слов от имени города, так сказать, от имени всех нас, потом наши гости покушают, а уж потом я своею непререкаемой властью отдам несчастных вам на растерзание… хвалите их хоть до смерти!
Господин бургомистр шутил, а Карвену и впрямь становилось страшновато от мысли, что все эти разнаряженные дамы и господа вскорости начнут его хвалить, а заодно и расспрашивать… он ведь может сдуру ляпнуть что–нибудь не то\
Навстречу им попался высокий седовласый красавец эльф, судя по одеянию — здешний священник.
— Да благословят вас Богини и их Рыцарь, дети мои! — возвестил он, воздевая руки в благословляющем жесте.
— Эльфийский вариант учения. У нас на первое место ставится Бог, у них — Богини. Обе формы признаны ортодоксальными на Совете патриархов в Артароне в двадцать седьмом году от установления Священного Союза и Клятвы Богов, — шепотом просветил Карвена воин на тот случай, если Карвен не встречался с эльфийскими священниками и их взглядом на веру.
— У вас великолепное образование, сын мой! — тотчас восхитился расслышавший объяснение священник. — Вы уж простите, но мои длинные эльфийские уши позволяют мне слышать и то, что для них не предназначено.
Он лукаво подмигнул Вергену. Тот ухмыльнулся в ответ.
— А юный герой незнаком с нашей эльфийской версией веры? — продолжал улыбаться священник. — Что ж, Богини тем не менее не оставляют его своей милостью. Как я слышал, он приглашен на ужин к госпоже Айнир?
Карвен растерялся и покраснел.
— Ну что вы, молодой человек, — тотчас спохватился эльф. — Я вовсе не имел целью вас смутить. Напротив, я рад за вас. Госпожа Айнир прекрасна! Что еще раз убеждает меня в мысли, что Богини благоволят вам!
Наконец господин бургомистр привел гостей в большой зал, где стоял накрытый стол. Карвен подумал, что такой стол все же можно было бы засунуть в тот дом, где он жил с отцом и братьями, вот только печку тогда бы точно пришлось выкинуть. Да и лавки тоже. Да, если лавки выкинуть — обязательно поместился бы. Однако в большом зале столу явно не было тесно. Если сдвинуть его в угол, то, верно, можно было бы поместить еще один такой же… или даже парочку.
— Господа, прошу всех садиться. — Голос господина бургомистра прервал размышления Карвена по поводу размещения столов.
— Вас, господа, попрошу вот сюда… на почетные места. — Господин бургомистр изящным жестом указал на огромные кресла, явно старинной работы, с высокими спинками. Карвен с некоторым страхом опустился на указанное место. Воин преспокойно уселся рядом и подмигнул: «Держись, мол!»
Бургомистр сел рядом с воином, а рядом с Карвеном… рядом с Карвеном устроился господин Лури. Черный камень его перстня ярко сверкал в свете множества свечей.
— Вам к лицу эльфийский наряд, господин Карвен, — промолвил господин Лури. — Впрочем, героям все к лицу.
— По правде говоря, я не ощущаю себя героем, — промолвил Карвен, благоразумно умолчав, что он и господином–то себя не ощущает.
— Что ж, как сказал древний философ Глеррен: «Скромность есть лучшее украшение героя!» — улыбнулся господин Лури.
Карвен не нашелся с ответом, но этого и не потребовалось, потому что господин бургомистр как раз встал:
— Дамы и господа, я прошу тишины и вашего внимания.
Тишина, хоть и не сразу, все же наступила. Бургомистр откашлялся и приступил к торжественной речи.
