— Заставлять ждать Гроссмейстера и троих уважаемых командоров… - вздохнула Алора, неодобрительно качая головой. Эти слова были сказаны тихо и не имели целью упрекнуть сэра** Аврелия — верховный легат просто выражала свое недоумение. Аврелий Голдшой не был молодым оруженосцем, которому можно было простить некоторое разгильдяйство — в сущности, он состоял в Ордене на пять лет дольше, чем сама Алора, — но и для старческого маразма было слегка рановато. Алоре довелось один раз увидеть Аврелия в настоящем сражении, и она знала, что он — великий воин, способный посрамить даже столь известных фехтовальщиков, как Вирраент Гингер и Вильгельм Гроссмаузер. Однако все орденские тренировки и турниры Аврелий пропускал, проводя большую часть времени в библиотеке. Когда его куда-то вызывали, он все время опаздывал. Его сделали командором совсем недавно — не сделать было уже неприлично, учитывая его стаж и заслуги. Теперь он опаздывал еще и на заседания Конклава.
— Сэр Аврелий такой же уважаемый командор, как и те, кого он заставил ждать, - напомнил сэр Эллеан, все-таки расслышавший бормотание Алоры.
— А он об этом помнит? - отозвалась легат.
— Ну вспоминает пару раз в месяц, наверное, - усмехнулся Гроссмейстер. - Раз все в сборе, попрошу следовать за мной, - сказал он громче, обращаясь к собравшимся.
Члены Конклава — Гроссмейстер, четверо рыцарей-командоров и трое легатов — последовали за своим предводителем через двор. Резиденция Ордена в Сорадоке не была замком в привычном смысле слова, хотя ее часто называли именно так. Это было трехэтажное прямоугольное здание, опоясывающее внутренний двор. Стены резиденции были достаточно толстыми, чтобы выдержать удар тролля, а магические щиты сберегали их и от влияния времени и от возможного нападения темных магов. Впрочем, за те триста лет, что здание существовало, его обороноспособность так ни разу и не была проверена — даже орды Мал Раванала обошли Сорадок стороной.
Обычно Конклав собирался в зале заседаний на втором этаже, но на этот раз восьмеро паладинов направлялись не туда — они прошли мимо конюшен к небольшой дверце, за которой находилась лестница, ведущая на крышу. Ею пользовались только слуги и оруженосцы, когда чистили крышу или меняли кровлю. Тем не менее, Гроссмейстер начал подниматься по лестнице и все последовали за ним.
«Если здесь и есть какое-то тайное убежище, то с сегодняшнего дня оно больше не тайное, - подумала Алора. - Завтра весь Орден будет судачить о том, что весь Конклав в главе с Гроссмейстером зашел в эту дверь и исчез на пару часов.»
Похоже, те же мысли посетили и остальных паладинов.
— А я-то надеялся, что будет невидимая башня или, на худой конец, подземелье глубиной в милю, - произнес сэр Дамокл.
— Невидимой башни предложить не могу… - произнес Гроссмейстер, останавливаясь. Он стоял на лестничной площадке второго этажа, а члены Конклава вытянулись вслед за ним на узкой лестнице. Эллеан пнул ногой третий слева кирпич во втором ряду от пола, и стена раздвинулась, открывая проход. - Но подземелье и вправду глубокое.
Узкая винтовая лестница насчитывала несколько тысяч ступеней.
«Вот почему все Гроссмейстеры такие худые, - подумалось Алора. - Каждый раз ходить на совещания по такой лестнице, а потом ведь еще и обратно карабкаться…»
— Я уже староват для таких лестниц, - проворчал за спиной у женщины легат Венрицин. - Может быть, на обратном пути они согласятся телепортировать нас наверх?
— А как было в прошлые разы? - поинтересовался Аврелий.
— Не было никаких прошлых разов, - отозвался Венрицин. - Мы все здесь первый раз, кроме Гроссмейстера.
— А, то есть не только мы с Дамоклом…
— Обычно Инквизиция просто передает нам распоряжения через Гроссмейстера, - объяснил командор Аддри.
Алора поморщилась. Разумеется, сейчас они находились в секретном подземелье — возможно даже, что в самом секретном подземелье на Континенте — но даже здесь слово на букву И казалось ей запретным. Обычно члены Конклава, говоря об инквизиторах, просто называли их «они». Для всего мира, включая и членов Ордена, Орден Паладинов управлялся Конклавом, состоящим из пяти командоров, избираемых из числа паладинов-рыцарей, и троих легатов, избираемых из числа белых магов. Члены Конклава избирали Гроссмейстера из своего числа. Но на самом деле в Конклаве было на девять членов больше, чем говорили официальные документы Ордена. Инквизиция избирала своих членов каким-то особыми методами и голос каждого из инквизиторов был равен голосу командора или легата. Загадочные инквизиторы, чьих лиц не видел никто, кроме Гроссмейстера, управляли Орденом со дня его основания. Справедливости ради, вся информация, которую официальный Конклав получал от Инквизиции, была безупречно точна, и зачастую инквизиторы предупреждали о действиях темных магов еще до того, как эти действия начинались. Впрочем, в случае с нападением лича Мал Ксана Инквизиция облажалась так же, как и весь Веснот, и сознание этого факта почему-то грело Алоре душу.
