Это беспокоило его, потому как он подозревал, что ответ будет «много», а это может стать гибельным из за всеобщего внимания прикованному к Сектору Мадрас и Квадранту Талботт манти. Только Богу ведомо, как некоторые излишне эмоциональные иномирянские журналисты могут преподнести «разоблачения жестокости» УПБ в Протекторатах и за их пределами! В самом деле, одной только мысли о том, что кто-то вроде Одри O'Ханрахан сделает с высказыванием Юкель о лучшем способе справиться с беспокойным населением, было достаточно, чтобы завязать кишки Лоркана Веррочио в узел.
«Но что ещё я могу сделать? Мне нужно войти и выйти из Мёбиуса, и это нужно сделать, прежде чем ситуация станет хуже. Похоже, до сих пор никто за пределами Сектора не обратил внимания на рост напряжённости, скорее всего потому, что все заняты наблюдением за противостоянием Мантикоры и Флота. Но если рост напряжённости продолжится, если всё станет ещё хуже, то кто-то обязательно ткнёт в это пальцем. Смотрите, именно здесь начал разгораться пожар националистических переворотов! Не сомневаюсь, именно так эти ублюдки из СМИ подадут эту информации! Так что, если я не удержу крышку над этим варевом, Штаб-Квартира поимеет мою задницу, потому что ещё одно великолепное фиаско в Секторе – или в любом месте поблизости, если на то пошло! – обязательно привлечёт внимание репортёров. А это последнее, чего хотел бы домашний офис... за исключением эффектных обвинений в «чрезмерном насилии» или «жестокости Жандармерии»!»
Он расправил плечи и старательно удерживал на лице выражение благородной решительности, чтобы «поднять боевой дух» проходящих мимо него солдат, но даже этот парад может стать катастрофой для общественного мнения. Если мужчины и женщины, марширующие мимо него в своей чёрной форме и блестящих сапогах превратятся в подобие батальонов захватчиков (как зачастую их изображают газетчики), то очевидное утверждение, что он отправил их с такой официальной помпой, сделает ситуацию только ещё хуже.
«Это всё из-за проклятых манти», – с горечью подумал он. – «Пока они не сунули свой нос в Талботт, кого, чёрт возьми, волновало что здесь, в подмышке галактики, творится? Никого! А теперь малейший чих потенциально может превратиться в очередной межзвёздным инцидент!»
Он взглянул на Хонгбо, стоящего рядом с ним с таким же серьёзным выражением. Вице-комиссар достаточно аккуратно прикрыл свою задницу, обиженно размышлял Веррочио. На записи он выглядел как противник интервенции. Он согласился с ней откровенно неохотно и только потому, что все советники по безопасности Веррочио заявили о её необходимости. Так что, если одобренная Веррочио миссия с треском провалится, то Хонгбо всегда может заявить, что он был против с самого начала. А если всё пройдёт как задумано, он получит бонус за то, что открыт для убеждения и достаточно разумен и готов отказаться от первоначальных возражений при наличии аргументированных доказательств советников по вопросам безопасности.
«Вселенная», – обиженно заключил Лоркан Веррочио, – «отнюдь не переполнена справедливостью».
Одинокий аэровэн, раскрашенный в цвета АИНМ – Агентства Информации и Новостей Мёбиуса, официальной правительственной новостной службы системы Мёбиус – степенно снижался по широкому каньону между господствующими над сердцем Лэндинга башнями бизнес-центра. И не было заметно никакой видимой связи между ним, ещё двумя фургонами и парой слегка потрёпанных личных аэрокаров, и все пять машин по пути к своим особым пунктам назначения очень аккуратно придерживались транспортных указателей.
Однако видимость бывает обманчива, и места в первом аэровэне занимали одиннадцать очень мрачных и серьёзных мужчин и женщин, только что закончивших последнюю проверку своего оружия и готовясь пустить его в ход.
– Три минуты, – тихо обронил водитель через плечо.
Никто из пассажиров ему не ответил. Этого не требовалось. Каждый знал свою роль также хорошо, как и то, что нанести подобный удар посреди в разгар рабочего дня было более чем чрезвычайно рискованно. Фактически это означало самоубийство, однако это являлось одной из сильных сторон их плана. Никто, даже эта безумная сучка-убийца Ярдли, не подумает, что такое возможно.
