***
Это послание я все-таки получила и даже успела порадоваться за принцессу, но и только...
Утром дверь дома, служившего нам таким надежным убежищем, распахнулась, и с крыльца послышались громкие голоса:
-- Заноси давай! Да осторожней, дурень! Поцарапаешь -- хозяйка шкуру спустит.
-- А ты не ори под руку, сам виноват будешь, случись что.
-- Да ладно, -- уже более мирно, -- ежели что, поставим так, что она и не заметит. Сколько у нас времени еще?
-- К полудню заявится. И чего ее сюда понесло? Тут бы сперва армию служанок запустить -- вон пылищи кругом сколько.
Ну да, мы-то в дом через дверь не заходили и не выходили, кроме первого раза, когда на рынок отправлялись, а потому и убирали только там, где сами обосновались. Но, похоже, наша спокойная жизнь здесь закончилась -- дом обрел хозяев. Вернее, хозяйку, вот только нам это было совершенно без разницы.
Пока работники пыхтели и переругались внизу, мы сноровисто собрали наши мешки, уложили сверху скатки из одеял и несколько минут спустя уже стояли в безлюдном тупичке неподалеку от городского рынка и растерянно переглядывались -- все же лишение убежища застало нас врасплох, и если вещи в мешки покидать было делом одной минуты, то внутренний настрой приказам не поддавался. Полюбовавшись на ошеломленную физиономию братца, я не выдержала и захихикала. Ирье с подозрением покосился на меня, а потом тоже расхохотался.
-- И что теперь? -- отсмеявшись, спросил он.
-- На рынок, пополнить запасы провизии -- и в путь. Раз уж нас из дома выжили, значит, точно пора. Выйдем из города, сядем где-нибудь в лесочке и все спокойно обсудим.
Ирье согласно кивнул.
Собственно, ничего особенного нам не требовалось -- Ирье, в отличие от меня, был отменным охотником, и голодная смерть в летнем лесу нам точно не грозила. Купили только соли, хлеба и сыра на первое время -- то, чем в лесу не разживешься.
Пару часов спустя мы расположились на лесной полянке, развернув на траве карту.
-- Как я понимаю, мы сейчас здесь, -- Ирье ткнул пальцем в неприметную точку на юге Тауналя, -- а надо нам сюда, -- и брат провел незримую линию к северо-востоку -- к границе с Нимтиори.
-- Угу, -- подтвердила я, -- а точно надо? Я вообще-то приметила местечко в Уствее -- то, где мы с Волком отбивались от нападающих. Густая тень даже белым днем и... это не общеизвестная точка выхода.
-- Но Волк там был, -- возразил брат. -- Лучше не рисковать. Давай своим ходом до Нимтиори?
-- А граница? Я ведь не могу пересечь границу Тауналя.
-- Вот уж где точно никакой беды нет! -- фыркнул парень. -- Я пройду, а ты потом просто переместишься ко мне -- и никакая граница не помешает.
-- Ирье... А ты точно знаешь, что это возможно? Мы ведь еще ни разу...
-- Кто нам мешает попробовать? Я сейчас отойду подальше, а ты прыгнешь ко мне тенями.
Так и поступили. Ирье, забрав часть вещей, скрылся за деревьями, а я... поняла, что мне страшно. И не только из-за того, что может не получиться. Просто осознала, как мало мы пока знаем и насколько неготовы к рискованным поступкам. При одной мысли о том, что я вот так же буду провожать взглядом брата, отправляющегося во дворец Владыки, сердце болезненно сжималось.
Выждав оговоренные пять минут, я шагнула в тень, представив себе Ирье и потянувшись к нему. И вышла из тени, едва не сбив брата с ног.
-- В другой раз надо будет встать на свету, чтобы ты не выпрыгивала прямо на меня, -- рассмеялся Ирье.
Мы экспериментировали до позднего вечера, прыгая друг к другу по очереди, страшно устали, но остались довольны результатом -- если, конечно, не считать того, что за день мы нисколько не приблизились к своей цели.
Но сроки нас пока что не поджимали, а я вообще начала подумывать о том, не стоит ли потянуть время, втайне лелея надежду, что Владыка все-таки созреет расторгнуть помолвку и я смогу не думать хотя бы об этом.
