Вести из Тауналя подтверждают, что вернулась принцесса не зря: наследный принц еще жив, но определенно безнадежен, король безутешен, в стране зреет недовольство знати, которая с отпадением завоеванных королевств утратила некоторые источники своих доходов. Недовольные ищут виновных и, что неудивительно -- агенты Нимтиори знают свое дело, -- находят. Винят Стеумса, именно его фигура просматривается как за прежней политикой с ее завоеваниями, так и за неприятными событиями недавнего времени. А значит, кто как не Стеумс там упустил, здесь не справился, а уж с покушением на княжну -- и вовсе глупо подставился. Теперь, кто бы ни пришел к власти, Стеумсу не светит сохранить свою позицию за троном. Власть ускользает из его жадных рук...
... Вот мы в тронном зале княжеского дворца в Риатане: княжну представляют ее подданным. Это еще не коронация, в которой, впрочем, нет необходимости, потому что регалии княжну приняли, но и о переходе под руку Нимтиори речи не идет, и слово 'невеста' не прозвучало.
И это меня тревожит больше всего. Пока намерения не озвучены, я свободна в своем выборе, вот только уже не уверена, что мне нужна такая свобода. Чувствую себя потерявшейся маленькой девочкой, которая ждет, что кто-то большой и сильный протянет ей руку и поведет за собой.
Смешно, но теперь, когда я твердо уверена, что нашла свою судьбу и не хочу ничего другого, эта самая судьба не делает и шага мне навстречу.
Рэйм молчит, не спрашивая меня ни о чем, а я тоже молчу, потому что мне, оказывается, страшно заговорить об этом первой: вдруг я все себе придумала? Все эти чувства, эту радость, легким мячиком прыгающую в груди при встрече двух взглядов... Все эти намеки и недосказанности, которые то ли были, то ли во сне привиделись...
Я бы, наверно, долго маялась, предаваясь сомнениям, но пришлось вспомнить, что речь идет не только о моей судьбе, но и о судьбе целой страны, и значит, надо затолкать свои страхи поглубже и быть готовой принять любой исход.
Вот поэтому я и явилась к Рэйму в кабинет, исполненная решимости избавиться наконец от неясности, существующей между нами.
Явилась -- и смутилась по-детски под его ласково-насмешливым взглядом.
-- Пойдем, -- сказал Рэйм, протягивая мне руку и увлекая за собой комнату за кабинетом.
Вышли мы на знакомой поляне в Заповедных лесах.
-- Куда мы? -- спросила я.
-- Тебе понравится, -- улыбаясь, ответил Рэйм.
Держась за его руку, я впервые перешагнула грань миров. Место, где мы очутились, не показалось мне каким-то необыкновенным. Просто холм, заросший деревьями, а если подняться на него повыше, можно увидеть город вдалеке, похожий на наши города и в то же время другой. Только издалека не понять, в чем именно.
Но мы в город не стремились.
Холм тем и хорош, что с него видна вся округа, а на него никому хода нет. Потому что -- грань. Которая сама себя охраняет.
Здесь, наверху, свежо и зелено, и простор неба над головой, а рядом -- тот, кого я мысленно уже называла любимым, но все не могла переступить через свои страхи и произнести это вслух.
Он сказал заветные слова первым:
-- Люблю тебя, -- едва слышным шепотом у моего виска. -- Станешь моей женой?
-- Люблю, -- эхом откликнулась я -- оказывается, повторить за кем-то куда легче, чем сказать самой. -- Стану...
-- Моя владычица...
-- Что?
-- Владычица моего сердца.
И -- поцелуй. Наш первый поцелуй. На вершине холма -- небо над головой и весь мир у ног. Один из множества миров -- и все миры разом.
ЭПИЛОГ
Теперь, пятнадцать лет спустя, я удивляюсь: как это я могла сомневаться, что Рэйм -- моя судьба?
Более чуткого, нежного, любящего супруга и представить себе невозможно.
Годы рука об руку -- от захватывающих путешествий по разным мирам до управления огромной страной.
Да, я стала Владычицей -- первой за последние несколько сотен лет. Потому что -- Тень, прошедшая все ритуалы. Только в этом случае супругу Владыки коронуют, и она получает титул Владычицы, становясь равной мужу.
Считается, что я разделяю с супругом бремя власти. На самом деле он меня щадит, избавляя от участия в самом тяжелом и неприятном. Что поделаешь, власть -- это не только почасти, но и обязанности, которых не избежать.
Мне нравится, что мои мужчины меня берегут. Не только супруг.
И Ирье, давно и счастливо женатый на той самой девочке, с которой я его однажды застала наедине.
И мой старший сын, во всем подражающий отцу. Он уже прошел второй ритуал и вовсю овладевает искусством быть Тенью. И мечтает о том, что однажды отец возьмет его в путешествие по другим мирам.
Младший тоже бережет. На свой лад.
Недавно ему довелось подслушать не предназначенный для его ушей разговор о даре Арнастры, и сын понял, что я не хочу этот дар принимать, но чувствую себя обязанной богине.
Что делают настоящие мужчины, чтобы защитить своих женщин? Правильно, встают между ними и опасностью. Мой маленький, но, несомненно, настоящий мужчина так и поступил: стащил из моей шкатулки сферу с перстнем Плетельщиков и отправился в храм, чтобы предстать перед богиней.
