— Ну все! Прощай! — крикнул он, стараясь не показывать страха, а потом добавил, оглянувшись на нее: — Как-нибудь загляну к тебе в Баннадор, и ты расскажешь, чем все это кончилось. Запоминай все как следует, мне будет интересно тебя послушать! — При этих словах его прекрасный голос едва заметно дрогнул. — Я никогда не забуду тебя, Карана, — сказал он. — Береги себя!
Он повернулся к ней спиной и, не оглядываясь, пошел той же дорогой, какой они и пришли.
Карана не знала, плакать ей или смеяться. Если бы Лиан поступил как-нибудь иначе, она, возможно, и попыталась бы спастись бегством в одиночку. Но теперь, когда Лиан сознательно жертвовал собой ради нее, она не могла его бросить. Она увидела, как он поскользнулся и чуть не упал со скалы, и поняла, что он непременно погибнет в горах, даже если умудрится не попасть в лапы к вельмам. Глядя на Лиана, который, по-прежнему не оглядываясь, шел от нее прочь, она почувствовала, что у нее к горлу подступил комок.
— Постой! — крикнула она вслед Лиану, силуэт которого уже начал теряться за пеленой снега. — Я с тобой! Я спущусь немного пониже и переберусь к тебе, но ты поможешь мне залезть наверх.
Лиан повернулся и пополз обратно, судорожно цепляясь за малейшие выступы. Карану не очень пугали еще не обледеневшие и не отполированные дождем и ветром скалы, разбитые валуном. Если бы у нее не болела рука, она не думала бы и о зиявшей у нее за спиной пропасти, но ей мешало сломанное запястье, и, кое-как спустившись вниз и перебравшись на другую сторону, она протянула руку вверх, но Лиан сам ухватил ее за локоть и втащил на карниз. У него были теплые и неожиданно сильные руки. Теперь Карана сама обняла Лиана, который крепко сжал ее в объятиях.
— Что же нам теперь делать? — спросил дрожащим голосом Лиан. — Я все испортил…
— Тсс! — Карана приложила холодный палец к его губам. — У нас остался последний шанс, — прошептала она на ухо Лиану. — Я знаю тропу, которая ведет высоко в горы.
— Но ты же говорила!..
— Нас могли подслушивать… Этой тропой идти будет очень трудно, но это все равно лучше, чем попасть в лапы к вельмам!
Они поспешили назад. Карана снова тщательно заметала за собой следы. Однажды им пришлось юркнуть в кусты и затаиться, потому что прямо у них над головами куда-то пронеслись вельмы. Наконец Лиан с Караной снова поднялись на плато неподалеку от развалин и двинулись в сторону горы Тинтиннуин. По-прежнему шел снег, впрочем не такой густой, чтобы полностью скрыть их от глаз преследователей.
— Говорят, эта тропа начинается к востоку от Тинтиннуина. Хорошо бы ее найти! Путь будет долгий, трудный, а зимой особенно опасный. Тропа идет на юг высоко в горах. Она очень старая, и по ней давно не ходят. Если мы как следует запутаем следы или их заметет снегом, нас в этих горах никто не найдет… Как ты себя чувствуешь?
— Отвратительно.
Через несколько часов снег прекратился, и Лиан с Караной увидели, что их преследуют три вельма, отстававшие на пару часов. К полудню вельмы, быстро шагавшие по снегу на своих длинных жилистых ногах, наполовину сократили расстояние, отделявшее их от беглецов. Лиан с трудом поспевал за Караной. От мучительной боли, которой отдавалось в боку каждое движение, у него даже посерело лицо.
— Эта тропа ведет в Баннадор? — спросил он.
— Она идет в сторону Баннадора, — уклончиво ответила Карана.
— Но ты же говорила, что до Баннадора нам не хватит еды?
— Что-нибудь придумаем, — Карана замолчала, понимая, что ее неясные и противоречивые объяснения только раздражают Лиана. «Я веду себя с ним так, как когда-то со мной вела себя Магрета», — подумала она. По этой тропе можно было пробраться и в Баннадор, и в Шазмак, тайный горный город аркимов. Но Карана не имела права выдавать тайну существования Шазмака и намеревалась рассказать о нем Лиану только в самом крайнем случае. Она далее представить себе не могла, что произойдет, если она явится в Шазмак с чужаком. Этого нужно было избежать любой ценой.
К середине дня вельмы вдвое сократили отделявшее их от Лиана и Караны расстояние, но вскоре Карана завела их в холмистую местность, где было очень трудно идти среди усыпанных колючими шипами и покрытых острыми, режущими листьями кустарников. Там беглецам удалось скрыться от своих преследователей. Карана снова начала заметать следы. Ее очень беспокоил Лиан, который так устал, что был не в силах даже стонать, страдая от мучительной боли. Она боялась, что спутник ее вот-вот лишится чувств, но он каким-то чудом держался.
Они подошли к небольшому притоку реки, срывавшейся в ковш водопадом. Карана выбрала путь по каменистому берегу, где быстрая вода смыла снег. Потом они не раз переходили по колено в ледяной воде через реки, стараясь запутать своих преследователей, пересекали разные притоки и прыгали с валуна на валун, так что в конце концов и собака не взяла бы их след. До самой темноты они двигались по берегам речушек, уводивших их все дальше и дальше от тропы, которую они искали.