У него были очень странные глаза — один карий, другой зелёный, я ни разу такого раньше не встречал. Может, колдун? Очень уж уверенно держится без оружия, да ещё и хамит. Нет, вряд ли колдун, я уже понял бы по ауре — уж кого-кого, но колдунов я видел много и даже практиковался на однокурсниках.
— Живёте в Гидрострое или ещё где? — не поддавался на провокации Андреев.
— Да я сюда только на рынок захожу, — расплывчато ответил хлыщ. — Люблю, знаете ли, блошиные рынки в таких вот местах… Иногда интересные вещички попадаются.
Может, он тянет из фляги какую-то алхимическую дрянь? Знаю, кое-где её готовят, и, говорят, у бандитов встречается. Не исключено, что и в город контрабандой попадает — торговцев в рыночный день на КПП проверяют не тотально. Потому и неадекватный. Или как?
А вообще, Лёха был прав — странный тип, лучше проверить сразу, пока нас трое. Иначе уйдёт, а кто знает, что у него на уме — может, он, как Аксёнов, нехорошим колдовством балуется.
— Документы есть? Любые? — поинтересовался Лёха.
— Нет, — развёл руками стриженый. Обмакнув в соус последний кусок шашлыка, отправил его в рот.
— Пройдёмте тогда с нами, — холодно сказал напарник. — Это ненадолго, не волнуйтесь.
— Да я не волнуюсь, — усмехнулся хлыщ. — Но пойдёте вы без меня. Далеко и надолго.
И я с ужасом понял, что не могу пошевелиться — вообще никак. Всё слышу, всё понимаю, но тело словно онемело. Слева от меня Стас — тот тоже застыл… Колдун, точно! Этот тип — очень сильный и необычный колдун: необнаружимая аура, и обездвижил нас без малейшего движения! Это ж надо…
Несмотря на аховое положение, досаду я испытал в первую очередь оттого, что этот уникум явно сейчас уйдёт от нас. Уйдёт, как пить дать — шума нет, нас троих он вырубил, никто вокруг ничего и не поймёт… Страх того, что могу остаться парализованным навсегда, пришёл не сразу.
А потом я увидел, как расширились глаза стриженого. Лёха, мельком глянув в мою сторону, как ни в чём не бывало сделал шаг вперёд и одним точным ударом в челюсть свалил хлыща на землю — и сразу разжались парализовавшие меня тиски…
— Забавный тип, — пробормотал Лёха, встряхивая руку после удара. — Напарник, ты чего застыл? Снимай ремень, вяжем его.
— Я вообще-то парализован был, — вытаскивая из петель пояс, просипел я, пытаясь прокашляться — голос слушался с трудом.
— И я, — подтвердил Стас, судорожно глотая воздух.
Лёха оглянулся, я тоже — такое ощущение, что люди вокруг ничего и не заметили. Точно, ушёл бы колдун.
— Вот как. А я-то думаю, почему у него испуг на лице, — взяв у меня ремень, Лёха умело вывернул руки лежащего без сознания колдуна и стянул их за спиной. — Выходит, парализовать должно было всех троих. А на меня почему-то не подействовало…
«Почему-то»? Вообще-то это ещё одно подтверждение моей теории — хоть и косвенное. Но, как ни крути, сейчас нас это спасло. Кто знает, что колдун умеет помимо такой вот парализации.
— Парни, быстро найдите любую тряпку — завязать ему глаза, — распорядился Андреев. — Кто знает — может, это гипноз… И найдите дежурного по рынку — пусть вызовет наряд.
Стас буквально через полминуты вернулся с обрывком не особо чистой ткани и убежал в правление рынка — Лёха тем временем обшаривал карманы стриженого. На столике появилась уже виденная фляга, две связки ключей, немного мятых бумажек с тонким рисунком, скреплённых зажимом — среди них видны местные чеки, и несколько аккуратных небольших прямоугольников из плотной бумаги. Я взял один, прочитал: «Вольдемар Шустер. Фотосъёмка, видеосъёмка, фотосессии, съёмка с коптера». Ниже значился плюсик и 11 цифр. Остальные прямоугольники оказались точно такими же.
Странный набор слов. О чём вообще речь?
— Он не очухается? — опасливо уточнил я.
— На полчасика должно хватить, я его хорошо приложил, — поморщился Лёха, выпрямляясь. Взял один из прямоугольничков, посмотрел задумчиво.
— Что это? — вырвалось у меня.
— Это визитная карточка, — тихо сказал Андреев.
— Документ?
— Нет. Такая штука, которую можно дать незнакомому человеку, чтобы он знал, кто ты такой и как тебя найти…
Он замолчал. Я ничего не понимал — явно это карточки из другого мира, у нас тут ничего подобного нет… Выходит, Андреев что-то вспомнил из своего прошлого?
— Интересное дело, напарник, — наконец покачал головой Лёха. — Наверное, это первое воспоминание… из моей прошлой жизни. У меня точно были такие же. Этот тип — фотограф. По крайней мере там, откуда он пришёл сюда.
Фотограф… Что-то знакомое. Сегодня Стас смотрел на барахолке фотоаппарат… Нет, не это. Что?
Сон, Владька. Тот, от чьего лица ты видел сон, тоже называл себя фотографом.
Говорил я это Андрееву позавчера, когда пересказывал сон? Нет, точно не говорил.
Мог я видеть сон… от лица Андреева?
Мистика, колдовство, переплетение миров… Теоретически — наверное, мог. Практически — кто знает. Но если да…
Если да — то у меня с Андреевым явно есть ментальная связь. И… и Власов тоже мог о ней знать. Как сложно всё увязывается…
— А что за цифры? — спросил я.
