Леночка, словно опробуя, взмахнула рукой — хлыст, удлинняясь в движении, прошёл в полуметре от моего носа, и я рефлекторно рванул вправо и назад. Ничего себе! «Хозяйственная специализация», как же… Электричество — опасная штука.
— Васильева, не дури! — я швырнул ледяной заряд девушке под ноги — она вовремя отскочила.
— Сам не дури, — огрызнулась однокурсница, взмахивая рукой — движение я уловил и успел уклониться, хотя хлыст просвистел гораздо ближе, обдав запахом озона. — Не хочешь в ближний круг — не надо. А я — хочу!
Темп ускорялся. Мы кружили по площадке, с одной стороны ограниченной вагонами, уворачиваясь от ударов друг друга. Потрескивали молнии Васильевой, со свистом проходили мои ледяные удары. В небе погромыхивало, стало заметно холоднее — запахло дождём. Хоть бы поскорее! Во-первых, вода и электричество уживаются плохо — однокурснице придётся менять тактику или оружие, во-вторых — я уже уяснил, что мои ледяные удары отлично работают при сырости и дожде.
Но проклятый дождь всё не начинался.
Леночка действовало быстро и агрессивно. Не знаю, хотела ли она меня убить — вряд ли, но шок от электричества вырубил бы меня надолго. Приходилось извиваться, как змея на раскалённой сковородке, и иногда мне казалось, что я играю в детскую игру с прыжками через раскручиваемую скакалку. Тем не менее, несколько раз обожгло очень ощутимо — и это явно сказывалось на моей резвости.
Я бил нелетальными ударами, стараясь помимо прочего в движении подсунуть однокурснице скользкую поверхность или барьер, но Васильева уворачивалась, как заправская спортсменка. Я поймал себя на мысли, что даже не знаю, в какой она физической форме — ни разу до последнего времени не видел её кроме как в юбочке или в платьишке, в образе девочки-отличницы…
Впрочем, что мешает ей быть отличницей и по физкультуре? Точно, я же видел её на гимнастике!
Я начал уставать. Несколько раз всё же её достал — предплечье, голень… Но мне показалось, что девушка этого и не почувствовала — по крайней мере двигалась она всё так же быстро, вертя хлыстами, как гимнастка лентами. Интересное приложение физкультурной практики к бою… но мне было совсем не весело. Встал спозаранку, утро с ходьбой, лежание на земле под сеткой, спасение чуть ли не чудом, а теперь ещё вот это — как-то многовато для одной половины дня.
Ударить в полную силу — нет, ни за что. Могу убить.
Может, потому за мной и послали именно Леночку? — запоздало подумал я. Власов должен был быть уверен, что я в критический момент просто не смогу нанести сопернику смертельный удар…
Да и какое уже «в полную силу»! Силы откровенно на исходе. Да, ещё могу шарахаться от ударов, но ещё несколько минут — и я споткнусь…
И в следующую секунду споткнулся. Под ногу сзади подвернулся проклятый рельс — видимо, в этом «танце» я в какой-то момент потерял ориентацию и не сообразил, где проходят железнодорожные пути.
Послышался глухой удар, и наступила тишина.
Я лежал на шпалах, а сверху на меня сеял начавшийся наконец-то дождь.
Сейчас она шарахнет своим хлыстом — и всё…
Но удара не было. Зато надо мной наклонился… Лёха.
— Ты как, напарник?
— Фигово, — честно признался я, пытаясь отдышаться. — А где Леночка?
— А, так это и была та самая Леночка, — вздохнул Андреев. — Которая рассудительная?
— Угу.
— Классно вы с ней танцевали…
— Что с ней?
— Вырубил я её. Она как раз спиной ко мне была, когда я очухался…
— Как вырубили? Насмерть?
— Нет, конечно, — Андреев протянул мне руку. — Что я, отморозок, двадцатилетнюю девчонку… Но на полчасика точно хватит, и синяк останется. Может, и сотрясение… Но жить будет, поверь мне.
С помощью Лёхи я поднялся. Голова кружилась, затылок болел — и устал, и долбанулся при падении… Леночка лежала тут же, в паре метров, в неудобной позе — но крови нет. На скуле её наливался синяк — Лёха, в отличие от меня, ударил на поражение.
— Ну не ждать же, пока она приложит тебя и возьмётся за меня, — пояснил напарник, последив мой взгляд. — Ничего, девчонка сильная, сразу видно. Сейчас что-нибудь холодное ей приложим…
Он подобрал и закинул на плечо свой карабин, повесил на шею автомат. Снял магазин, собираясь перезарядить — и удивлённо оттопырил губу.
— Я уже сменил, — пояснил я.
— Молодец! О, тут и СКС есть, — Лёха, нагнувшись, поднял автоматический карабин главаря. Присев у его трупа, без лишней брезгливости обшарил подсумки, вытащил несколько обойм, рассовал себе по карманам. — Уже не зря сходили…
— А могло быть зря? — вырвалось у меня.
— Нет, — улыбнулся Лёха, подходя и кладя руку мне на плечо. — Уже нет, напарник. Кстати, будем знакомы: Женя Никитин. Фотограф и железнодорожник… бывший.
— Вы вспомнили⁈
— Вспомнил. Ещё бы после такого не вспомнить… Так, бери оружие, а я возьму твою девчонку. Надо кое-что проверить… да и мокнуть не стоит.
Передав мне карабины, он легко поднял Леночку на руки, устроив её голову у себя на плече.
