Возможно, что Канделярия на самом деле родилась ведьмой, размышлял он. Может ли ребенок действительно быть причиной его нерешительности с отъездом, спрашивал он себя. Была ли она причиной его неспособности вспомнить лица жены и детей, остававшихся в Италии, как бы сильно он ни желал этого?
Гвидо Микони встал и обвел глазами горизонт. На секунду он подумал, что спит и видит огромный корабль, который появился словно мираж в дрожащем мареве раскаленного воздуха. Судно подходило все ближе и ближе, направляясь в гавань. Несмотря на расстояние, он ясно различал белую, красную и зеленую трубы.
- Итальянское судно! — закричал ои, подбрасывая свою шляпу в воздух. Он был уверен, что теперь его наконец оставят чары Венесуэлы, Рорэмы и Канделярии, этих суеверных созданий, которые читают приметы по полету птиц, движению теней, направлению ветра. Он счастливо улыбнулся. Это судно, входящее в гавань, было прекрасным чудом, было его освобождением.
В волнении он несколько раз оступился, сбегая вниз по кривым ступенькам. Он промчался мимо старых колониальных домов. Не останавливаясь, он мельком слышал плеск воды в фонтанах, пение птиц в клетках, вывешенных у открытых окон и дверей. Он бежал в контору судоходства. Он бежал, чтобы купить билет в этот же день.
Его резко остановил детский голос, назвавший его полное имя. Преодолевая внезапное головокружение, он закрыл глаза и прислонился к стене. Кто-то схватил его за руку. Он открыл глаза, но увидел лишь черное пятно, маячившее перед ним. Он снова услышал голос ребенка, который звал его по имени.
Понемногу головокружение прекратилось. Все еще рассеянным взором он посмотрел на взволнованное лицо мистера Гилкема, голландца из конторы судоходства.
- Я не знаю, как здесь оказался, но мне надо поговорить с тобой, — заикаясь пробормотал Гвидо Микони. — С холма я увидел входящее в гавань итальянское судно. Я хочу немедленно купить билет на родину.
Мистер Гилкем недоверчиво пока чал головой.
- Ты уверен в этом? — спросил он.
- Я хочу взять билет на родину, — по-детски настаивал Микони. — Прямо сейчас. — Под пристальным взглядом мистера Гилкема, красноречивым по смыслу, он добавил: — Я, в конце концов, нарушу это заклятие.
- Конечно, ты сделаешь это. — Мистер Гилкем одобряюще похлопал его по плечу, а затем направил к кассиру.
