Из кареты вышел человек средних лет в багровом бархатном плаще и с тростью под мышкой. Он оглядел площадь и прилегающие к ней дома любопытным взглядом, задержавшись ненадолго на доме бывшего казначея. Затем с недоверием посмотрел на узкое, довольно обшарпанное и неприглядное здание, возле дверей которого он оказался, и нетерпеливо постучал набалдашником трости в дверь. Никто не отозвался. Человек с сомнением оглядел дом и постучал вторично.
- Кто? - вялый бесцветный голос неожиданно проскрипел с той стороны двери, словно он давно уже ждал там ответа.
- Это я, барон, - произнес человек с нажимом. - Откройте. - Сию минуту! голос с той стороны оживился.
Зашуршали цепочки и засовы, дверь приоткрылась. В щель выглянула сморщенная физиономия с лисьим выражением лица.
- Ваша милость, какая честь для меня! Входите, прошу вас! - проскрипела физиономия, открыв дверь шире.
Барон шагнул в дом и хозяин дома быстро закрыл за ним дверь, не забыв ни одной цепочки, ни одного крючка, а их здесь оказалось немало.
- Проходите, пожалуйста, в гостиную, - пригласил хозяин.
Барон прошел в гостиную, расстегивая на ходу плащ. Гостиная эта представляла из себя нечто среднее между монашеской кельей и конюшней. Сквозь два бог знает сколько времени не мытых окна с трудом пробивался дневной цвет, приобретая при этом темно-серый, под цвет густому слою пыли, покрывающему предметы в комнате, оттенок. В углу стоял средних размеров стол, одна из его ножек была переломана и криво скреплена гвоздями. Стульев не было. На стене висела в меру запыленная икона. Больше в гостиной не было ничего. Был только запах, вызывающий воспоминания о конюшне.
- Сейчас я вам стулочку... - засуетился хозяин, намереваясь идти в соседнюю комнату.
- Спасибо, не стоит, - поспешно заверил барон. - Я ненадолго.
Хозяин дома послушно замер и стал выжидательно смотреть на гостя. Хозяин был человек росту высокого и неестественно тощий. Ястребиный нос его хищно нависал над губами, по лицу расходились многочисленные морщины - то ли от старости, то ли от чрезмерно развитой мимики. Маленькие темные глаза постоянно бегали, немного кося. Слегка посеребренные волосы топорщились грязными клочьями. На хозяине был затрепанный до неприличия халат, из кармана которого торчал скомканный ночной колпак.
- Вы живете один? - спросил барон, пытаясь заглянуть в соседнюю комнату.
- Один-одинешенек... - сокрушенно вздохнул хозяин. - Никому не нужен, старый грешник. Бросили детки, бросили на произвол, деточки.
Глаза его в это время жадно ощупывали гостя.
Барон сочувственно покивал и перешел к делу.
- Могу вам сообщить, что вы поработали вполне успешно. Я вами доволен.
Физиономия хозяина растянулась в хитрой и довольно мерзкой ухмылке.
- Бесконечно счастлив служить вашей светлости. Вы вот изволили сомневаться в моем усердии, а между тем все выполнено в наилучшем виде. Без малейшей зацепочки...
- Да-да, я вижу, что ошибался в вас. Вы действительно профессионал... в своей области. Вот, - барон отвязал от пояса кошелек и кинул на хромоногий стол, - сто пятьдесят, как и договаривались.
Хозяин поспешно подхватил кошелек, высыпал на стол монеты и стал пересчитывать. Он переворачивал каждую монету гербовым изображением вверх, выстраивая на столе небольшие столбики, по десять монет в каждом. Когда он выстроил таким образом пятнадцать столбиков, то кинул на барона горящий взгляд, пробормотал "Денежки, они, родимые, счет любят" и пересчитал каждый столбик еще раз.
Барон терпеливо ждал.
- Все правильно, - вздохнул наконец хозяин. - Точно полторы сотенки монеточек. Премного благодарен вашей светлости.
Барон принялся зашнуровывать плащ.
- Вот только... - хозяин дома снова расплылся в улыбке, уставившись на барона напряженным взглядом. - Что такое? - удивился барон.
- Вы ведь своего добились... - осторожно начал хозяин.
- Ну?
- Надо думать, очень выгодная для вас сделочка-то... Надо бы накинуть немного.
- Что накинуть? - не понял барон.
- Ну, монеток пятьдесят еще. Для вас - сущий пустячок...
Барон нахмурился.
- Мы с тобой четко договорились: полторы сотни. Так?
- Так-то оно так, да только я передумал, - решительно заявил хозяин, не переставая приторно улыбаться.
- Ничего ты не получишь! - твердо заявил барон и направился к двери.
- Напрасно вы так, господин барон, совсем даже напрасно, - проскрипел хозяин, идя вслед за гостем. - Вам же выгоднее будет.
- Открой дверь.
- Зря, истинно реку вам, зря вы так...
- Я сказал - открой дверь, - спокойно произнес барон.
Хозяин скривился.
- Я ведь вам добра желаю. Понимаете, я вам желаю добра.
- Что? - барон изменился в лице. - Что ты бормочешь?
Хозяин втянул худую шею в плечи, побледнел, но голос его был холоден и тверд.
- Я. Вам. Желаю. Добра.
- Даже так? - барон прищурился.
- Да, ваша светлость...
Барон вдруг шагнул вперед, схватил хозяина за ворот жалобно затрещавшего халата и придавил к облезлой стене.
