Готов поспорить, он способен выдержать прямое попадание даже бомбы биджу в исполнении девятихвостого пару раз, если не больше. Все Узумаки по прошествии определенного времени предпочитают специализироваться на каком-то одном направлении фуиндзюцу просто потому, что на более глубокое изучение других направлений не хватает времени, даже учитывая знаменитое долгожительство красноволосых. И пусть жена первого хокаге не достигла даже середины жизненного пути Узумаки ее силы, но и она, выбрав барьеры, достигла огромных высот. И особенно меня радует тот факт, что почти вся собранная ей библиотека по печатям досталась мне. Как пояснила ма, все ожидают смерти бабули почти сразу после перезапечатывания Кьюби и уж на ее знания есть кому наложить лапу. Блин, готов поспорить на мою подарочную катану, что именно оттуда растут корни данзовской проклятой печати молчания, а так же экспериментов Орочимару с печатью неба. Кстати, интересно, Джирайя станет мастером печатей или же обломается с моим вмешательством? Надо бы вдолбить в башку Кушине, что знания Узумаки можно передавать только своим, а все остальные могут идти лесом, даже если это будет будущий муж, если вообще будет. И Мито подключить к этому. Конечно, это зарубит Хирайшин но Дзюцу на корню, но если уж я стибрил Разенган, то что мне мешает продолжить традицию? В конце концов, без помощи Куши-чан, «гений» Минато не придумал бы ни одного своего знаменитого дзюцу. Вот пусть и попробует создать что-нибудь свое только с имеющимися возможностями, а не опираясь на Узумаки. Впрочем, до этого еще дожить надо, так что есть и другие заботы на данный момент.
— Ба-чан, ты где? — позвал я в который раз, бродя по дому — с помощью дара сенсора можно даже пробовать, поскольку установленный барьер вокруг дома многосекционный и обламывает даже владельцев бьякугана, не говоря уж о подобных мне.
Проверив второй этаж, я уж было решил, что парочка Узумаки ушла гулять, как послышался дробный топот и после звука открывшейся двери, в коридоре показалась Кушина.
— Рью! — с этим боевым воплем она прыгнула на меня. — Ты пришел! А ба-чан готовит подвал! Ты ведь будешь меня поддерживать, когда придет время перепечатывания девятихвостого!? Я так боюсь!
Еле устояв на ногах по весом повисшей на шее почти шестилетней мелочи, я привычно обхватил ее руками и успокаивающе погладил по голове и спадающим на спину роскошным алым водопадом волосам.
— Это уж как Мито-ба-чан решит, но я уверен, что все у тебя получится, — тепло улыбнулся я встревоженной малышке.
И почему дети такие милые, когда маленькие? А когда вырастают — становятся задницами. Говорю из личного опыта.
— Она разрешила тебя привести в подвал, — радостно сообщила Кушина и спрыгнув с рук, потащила меня за собой.
Оказывается, вниз вела неприметная дверца под лестницей на второй этаж, совершенно сливающаяся со стеной, особенно когда рядом нет окон или светильников, чтобы ее обнаружить. И это не говоря уж об огромном количестве мелких символов и иероглифов, покрывавших как полотно двери, так и весь косяк.
За то мгновение, что у меня было на осмотр, я заметил, что комплексная печать представляла из себя смесь барьера и иллюзии, делая нахождение прохода практически невозможным для не знакомого с фуиндзюцу и гендзюцу человека. Думаю, во всей Конохе не найдется никого, кто смог бы взломать подобную комбинацию кроме старейшины Узумаки. Мне до такого уровня еще пилить и пилить долгие годы, если не десятилетия… И ведь за разборку подаренной библиотеки я даже не засел по причине простой нехватки времени. Так, кой-чего по мелочи брал почитать, но и только.
— Ба-чан, я привела Рью! — провозгласила Кушина, как только втащила меня в подвал.
— Молодец, Куши-чан, — кивнула старшая Узумаки, внимательно осматривая что-то под ногами. — Привет, Рью-кун, я почти закончила.
— Хорошо, — кивнув, я только после этого оглянулся и поразился окружающей обстановке.
Точнее, ее отсутствию — в довольно просторной комнате меня окружали голые стены, пол и потолок, вот только то, что было нанесено НА них, с лихвой искупало все остальное! Сотни и сотни печатей, связанных в неимоверно сложную систему, которая концентрировалась вокруг двух свободных от символов на полу кругов! Из всего разнообразия я распознал только подавляющие на стенах, высасывающие чакру и ее же передающие. Об остальном можно было только догадываться. Я почувствовал себя ужасно тупым, несмотря на все свои годы изучения фуиндзюцу.
— Полагаю, вся подготовка к созданию следующего джинчурики завершена? — спросил я, когда Мито закончила через пару минут.
— Да, все приготовления почти завершены, через три дня я проведу ритуал смены носителя Кьюби но Ёко, — кивнула она, — осталось только сообщить об этом Хирузену и увеличить защитные барьеры и печати на доме до максимума.
— Я так полагаю, барьер защитит и от пространственных техник? — ради проформы поинтересовался я.
— Естественно, — кивнула Узумаки.
