Правильная и точная статистика – первый друг любого короля. Хочешь строить нормальную страну – сделай все, чтобы у тебя не случалось «Потемкинских деревень», кои и в двадцатом веке были велики и изобильны. Какая разница – строят к приезду царицы избы или кладут асфальт к визиту президента?
Да никакой!
Вон, в родной области Софьи мэр был такой, что после него тараканы с голодухи вешались. Но сводки подавал наверх – зачитаешься! Поэма Пушкина! И кот на дубе том поет! Тьфу!
Надо, надо помочь прекрасной Франции. Нельзя же так со своими-то гражданами!
– Надо изыскать средства.
Людовик смотрел строго. Да уж, Лувуа – это не Кольбер, и рядом даже не стоял. Вот Кольбер на такое заявление только кланялся – и изыскивал. А этот…
Эх, рано он отстранил старого министра. Но теперь уж не вернешь. Умер так умер. Вообще, этот год выдался богатым на смерти. Скончалась супруга его величества – тихая и милая Мария-Терезия. Людовик горевал искренне.
Ну, не любил он жену. Но та родила ему детей, не доставляла хлопот, не обращала внимания на любовниц, не лезла в государственные дела и не интриговала в пользу родной страны. Чем не идеальная королева?
А теперь…
Анжелика – очаровательное украшение его зрелости. Франсуаза – друг и наперсница. Но… Чтобы держать любовниц в кулаке, нужна жена, это знает каждый мужчина. А что начнется сейчас? Да интриговать будут красотки. В меру своих сил и умения оттирать друг друга, соперничать за его благосклонность, а это не всегда хорошо. Так могут заиграться, что про короля позабудут.
Ничего. Всегда можно завести еще одну любовницу, при дворе много очаровательных девушек.
– Ваше величество, я постараюсь.
– Постарайся, – темные глаза Людовика полыхнули гневом.
Лувуа, кланяясь, исчез за дверью.
Людовик смотрел задумчиво. Яков опять прислал письмо с просьбой о помощи – и его величество желал помочь. А почему нет? Он хорошо относился к Якову, благо родственник достаточно управляем и слабоволен. А еще лучше – к перспективе междоусобицы в Англии.
Если уж Софье пришла в голову мысль о колониях – кто сказал, что она не пришла Людовику? Дружба – дружбой, а кое-какие английские острова и Людовику не помешают. Разумеется, подаренные в благодарность! А как же иначе, нельзя ведь грабить родственника?
Людовик бы искренне удивился, узнав, что мысль о переделе пришла не только в его голову. Увы, если тебе сорок лет поют про твою гениальность и исключительность – нетрудно и поверить.
Только вот, в отличие от Софьи, он делиться не собирался. С кем? Зачем? Испания? Португалия? Пф-ф…
Перебьются!
– Жоао…
Изабелла плакала на груди жениха, не стесняясь чужих глаз.
За этот год в королевской семье было две смерти.
Ладно еще, когда скончался Афонсу Шестой. Помер – и помер, все равно от него ни вреда, ни пользы. Сидел себе, напивался в хлам и ждал конца. Ну и дождался. Педру благополучно короновался, даже не устраивая пышных церемоний. Все равно он этой страной правил уж сколько лет, и все забыли о трагедии. Бесполезный человечишка был, хоть и король, стоит ли о таком горевать?
А вот вторая смерть…
Скончалась Мария-Франциска, мать Изабеллы.
Иван о ней не горевал. Ну ничуточки, если быть честным. Мария-Франциска, как ни крути, была француженкой, интриганкой и весьма властной дамой. В придачу к этому она была удивительно красива, что немало помогало ей морочить людям головы, а на Ивана посматривала с большим подозрением. Классический синдром вредной тещи.
Ваня старался изо всех сил завоевать ее расположение, но получалось плоховато. А теперь – все. Нет ее. И бог бы с ней, да Белку жалко. Так что Иван гладил густые черные волосы невесты и думал, что будет дальше.
Педру, безусловно, женится. Может, выдержит пару лет траура, жену он все-таки любил. И любил сильно, если отбил у брата. А потом…
И женится, и детей нарожать может. Вот второе и было бы некстати. Но на все воля Божья. А вообще – надо написать Соне. Сестер, конечно, всех пристроили, но, может, она кого еще посоветует? Потому что если второй женой будет француженка – плоховато. И англичанка – тоже. Испанку бы, но там дефицит принцесс, да и не каждый решится породниться с Габсбургами…
Надо подумать.
Белла рыдала, и Иван зашептал ей на ухо какую-то глупость. О том, что мама сейчас на небесах, с ангелами, что она смотрит на свою Белочку и печалится за нее, что смерть – это не страшно, это на секунду и как сон, а потом мы вновь просыпаемся для жизни вечной…
Только вот когда и кого это утешало?
Изабелла рыдала в голос, Иван утешал девушку, а Педру смотрел на обнявшуюся парочку и думал, что сделал неплохой выбор.
Даже если он второй раз не женится или наследник не получится, на консорта можно положиться. Беллу он любит и не обидит.
Это видно.
– Я – старшая!
Принцесса Мария нервно расхаживала по комнате. То есть уже королева. Только – шведская.
Супруг поглядывал на нее с иронией.
– Я понимаю, тебе хотелось бы усесться на трон отца, но Джеймс Монмут, боюсь, пришел надолго.
– Он не сын дядюшки! Он вообще неясно, чей выродок! – вспыхнула молодая королева.
