Девушка зажмурилась, и вокруг неё по траве во все стороны разошлась волна распускающихся цветов, преобразив зелёное поле в сплошной пёстрый ковёр.
— Спасибо, Писатель. Но нам пора заканчивать это путешествие. Осталось заглянуть только в одно место.
Секунда, и мы уже дома. У меня дома. Я сразу узнал свою квартиру, знакомую с детства. Здесь всё было на месте. Каждый предмет, каждая вещь. Комнату заливал мягкий золотистый свет, пробивающийся сквозь полупрозрачные шторы. И в нём павали крохотные пылинки.
— Это мой дом, — не вериял я собственным глазам. — Но как?
— Иллюзия. Отражение твоей собственной памяти, воссозданное по принципу ментальной камеры-обскуры.
— Но здесь всё настоящее! — в доказательство, я подхватил вазу с тумбочки, и потряс перед лицом Райли. — Разве иллюзии выглядят так?!
— Но это не традиционная визуально-слуховая иллюзия. Это более глубокая форма. Фактически, полноценная иллюзорная реальность. Когда твой разум не просто видит несуществующее, но и спосбен его ощутить.
— Как во сне?
— Примерно. Но всёже это не сон. Можно сказать, что мы с тобой находимся в одном временном цикле, а твоя квартира — в другом. Мы в будущем, она — в прошлом. Ведь это твоя память, Писатель, она как видеокамера записала фрагмент твоей прошлой жизни. А я лишь скомпилировала эти данные, воссоздав на их основе полноценную иллюзию.
— Это мой дом, — внутри у меня всё сжалось от тоски. — Такое впечатление, что я покинул его лет десять назад. Увижу ли я его снова?
Слёзы подкатили к горлу, и я с трудом удержался, чтобы не распустить нюни. Острый приступ ностальгии, перемешанный со стыдом и страхом, окончательно вымел из моего сознания всякие опьяняющие мысли, о превосходстве мира изгнанников, в котором я уже мечтал поселиться.
— Понимаешь, зачем я тебе это показала? — Райли заглянула в мои глаза. — Ты должен был вспомнить. Должен был понять, ощутить это. То, что отличает вас от нас. Ты должен был вернуться на свой истинный путь, чтобы впредь не забывать, ради чего ты живёшь.
— Ты права, Райли. Я всё понял. Я сделаю всё, чтобы вернуться сюда. В мой мир. В мой дом.
— Ты вернёшься. Всё будет хорошо.
Я сел в кресло, откинув голову назад. Удивительные чувства боролись во мне. Хотелось задержаться здесь подольше, представляя, что уже всё позади, и я дома. Но вместе с этим, я прекрасно понимал, что никакого дома нет. Что всё это — лишь видение. И понимание нереальности происходящего выталкивало меня из этой тёплой, ностальгической обители.
Райли села рядом со мной, втиснувшись, как и прежде. А потом, зевнув, уткнулась носом в моё плечо. И иллюзия пропала. Мы снова сидели в комнате нашего иликтинского коттеджа. Всё вернулось на круги своя. Но мне далеко не сразу удалось выйти из-под впечатления, оставленного погружением в мир изгнанников.
— Ты в порядке? — наконец окликнул я Райли, которая уж больно подозрительно притихла, и не шевелилась.
— Угу, — угукнула она мне в плечо, обдав его тёплым дыханием. — Эти фокусы расходуют столько энергии. Я почти на нуле.
— Это я тебя там задержал. Прости, я не знал, что подобные эксперименты связаны с энергозатратами…
— Нет-нет, всё хорошо. Я быстро восстановлюсь. Зато как славно мы развлеклись, да?
— Да не то слово. Ты просто перевернула все мои представления с ног на голову. Раньше я представлял себе иные миры непременно населёнными какими-то инопланетянами. Всякими чудиками там, большеголовыми, или какими-то монстрами. Но все эти миры, даже самые фантастические, всё равно имели сходство с нашим миром. А тут. Мир чистого сознания. Вообще ни на что не похожий. Послушай, а у тебя не будет проблем из-за того, что ты мне его показала?
— Ну что ты. Нет конечно. То, что я тебе показала — всего лишь симуляция мира изгнанников, вшитая в нашу память наряду с базовыми изначальными знаниями.
— Для чего?
— Чтобы мы помнили, ради чего боремся за свою жизнь. Ради чего ищем Суфир-Акиль. Это своеобразная приманка, которая должна стимулировать наше рвение. А на самом деле я и понятия не имею, каким будет наш мир. Может быть, именно таким. Может быть, ещё лучше. А может и хуже. Не знаю.
– 'Морковка для ослика'…
— У?
— Да это я так. Вспомнил одну картинку про ослика, везущего большую повозку. А возница держит перед собой палку, с которой на верёвке свисает морковка, которая болтается перед глазами у ослика. Тот её видит, и идёт к ней, таща за собой повозку. Так и здесь. Вам показывают вкусную морковку, заставляя тащить на себе тяжеленный груз.
— Интересное сравнение. Я об этом как-то не задумывалась.
— В моём мире бывает нечто подобное. Точно так же, у нас вешают лапшу на уши студентам при поступлении в ВУЗ, расписывая во всех красках, насколько великим и авторитетным является данное учебное заведение, и какие широкие перспективы открываются учащимся, после его завершения. Однако, даже с красный дипломом, выпускник в итоге сталкивается с фактом, что на самом-то деле он на хрен никому не нужен. Без опыта и навыков. Эм… Райли? Ты меня слушаешь вообще?
— У-у, д-да, Писатель, извини. Я уже отключаюсь.
— Тебе нужно поспать.
