— С ней всё совсем просто. В своей обычной жизни ты не смог найти себе пару. Поэтому придумал её для себя. Ты воспитывался матерью, в связи с чем спроецировал образ одинокой и сильной женщины на свою иллюзорную подругу. Райли опекает тебя по-матерински. Как мать, она строга с тобой, но вместе с этим, ласкова и прощает все твои проступки. Все безотцовщины — ищут себе 'новую маму' в лице будущей жены.
— А ты? Если всё это — моя выдумка, как ты в ней существуешь?
— Я — твоё альтер-эго. Сейчас твой пленённый рассудок общается с пленившим его сознанием. Со вторым Я, вырвавшимся из подсознания.
— Только и всего? Я самый обычный шизофреник, с раздвоением личности?
— Я предупреждало, что правда тебя разочарует.
— Как же это со мной произошло?
— Я не психиатр, но полагаю, что мысли о грядущем конце света — это твой потаённый страх перед забвением. А сумеречная невеста — это смерть, которая ждёт тебя впереди. И единственный способ обрести бессмертие — это книга, которую ты оставишь для будущих поколений. Ведь самым страшным для тебя является осознание бессмысленности и бесполезности собственного существования. Ты жаждешь остаться в памяти потомков, поэтому так рьяно мечтаешь опубликовать свою книгу. Поэтому ты и сорвался в пучину безумия. Но… — Хо улыбнулось. — Раз ты продолжаешь бороться, значит шанс на исцеление у тебя ещё есть.
— Почему я должен тебе верить?
— Писатель, мы сейчас не играем в игру 'верю — не верю'. Ты должен лишь ответить на вопрос — 'принимаю, или не принимаю?' И думать нужно быстрее. Время уходит.
— Непросто признать, что всё здесь ненастоящее.
— Задумайся, почему ты до сих пор жив, хотя уже давно должен был погибнуть? Почему неожиданная удача так часто тебе благоволила? Как тебе удавалось слышать голоса Райли и Латуриэля, когда они были вне материальных оболочек? У них ведь не было голосовых связок?
— Довольно! Хватит. Просто скажи. Просто скажи, как всё это прекратить? Ты сказало, что можешь исполнять желания. Если так. Если ты действительно можешь. Тогда. Тогда исполни моё желание. Я хочу вернуться домой.
— Ну наконец-то, — довольно откинулось Хо. — Я уже думало, что ты никогда этого не попросишь.
— Ты меня выпустишь?
— Конечно. Я тебя не держу. Выход там, — оно указало в сторону двери, которую я раньше не замечал.
— Так просто? — не поверил я.
— Ну да. Сложности ты навыдумывал себе сам.
— Это какой-то подвох. Не так ли?
— Иди и проверь. Зачем гадать?
— Не-ет, — я покачал головой. — Я понятия не имею, что за этой дверью. А что если там очередная ловушка?
— Хо! — раздражённо ухнул сумеречник, и дверь распахнулась, залив нашу клетушку ярким светом.
Я, прищурившись, посмотрел в дверной проём и из моих глаз брызнули слёзы, причиной которых была вовсе не резь в глазах. Я увидел свою прихожую. Знакомый половичок, на котором стоят тапочки, возле шкафа с одеждой. Светильник, электрический счётчик, зеркало. Моя квартира. Мой милый дом. Вместе со светом в нашу холодную келью потянулось приятное тепло и знакомые до боли в сердце, родные запахи.
— Я не понимаю. Но как? Это что? Это иллюзия?
— Тебе виднее, с какой стороны иллюзия, — ответило Хо, отворачиваясь от неприятного ему света. — Думай скорее. Дверь не будет открыта вечно.
Я поднялся и сделал несколько шагов в сторону выхода.
— Ты правда меня выпустишь?
— Правда. Только когда зайдёшь и закроешь за собой дверь, вернуться сюда ты уже не сможешь. Выбирай, где хочешь остаться. Или здесь, или там.
Я шагнул вперёд. До порога осталось совсем чуть-чуть.
— Но как же Райли?
— Райли — это твоя выдумка. Она уже давно должна была умереть.
— Почему?
— Потому что ты пытаешься выбраться, а она тянет тебя назад. Убрать её с пути пытался твой здравый смысл, но твои чувства пересилили трезвый расчёт. И теперь она держит тебя якорем. Прислушайся к зову здравого смысла.
Я кивнул и вошёл в прихожую. Боже, здесь всё было так, как и прежде. Как будто бы я и не уезжал никуда. Все вещи лежали на своих местах. С улицы доносились звуки, от которых я успел отвыкнуть: шум транспорта, голоса людей. Сначала я боялся дотрагиваться до окружающих предметов, опасаясь, что они окажутся иллюзорными, и столь милое моему сердцу видение рассыплется в прах. Но всё было настоящим. Я робко дотронулся до полки, и она никуда не исчезла, а на пальце осталось немного пыли. Глотая слёзы, я просто ходил по комнатам, и поочерёдно брал разные предметы, гладил их, нюхал, не уставая любоваться. Как же я соскучился! Выглянул в окошко. Внизу, во дворе, гуляют люди. Нормальный мир людей! Как же он прекрасен! Я схватил телефон, желая немедленно позвонить матери, но тут заметил свой компьютер, и кинулся к нему.
Включаю. Он загружается. На рабочем столе разбросаны знакомые файлы. В глаза сразу бросается текстовый документ с моей книгой. Открываю его. Сколько же тут страниц! Когда я успел всё это написать? Прокручиваю документ до самого низа. И читаю: 'Когда я успел всё это написать? Прокручиваю документ до самого низа. И читаю'.
