Ну вот и всё. Фенита ля комедия. Кольцо вокруг нас стало сжиматься. Вперёд вырвался самый рослый суларит, который грубо растолкал своих коллег. Всё же обещанную награду никто не отменял. Кто отрежет нам головы — тот получит благодарность самого мастера. Райли вышла вперёд, в последних попытках защитить меня. Но боевик резким взмахом руки выбил у неё нож, после чего, тут же замахнулся своим оружием и… Застыл. Я повернул голову. В полуметре от меня так же застыло лезвие кинжала другого суларита, направленное мне в шею. Все лица медленно поворачивались в одну сторону.
— Убейте! — всхлипнул Латуриэль.
— Мастер, узрите, — указал ему один из слуг.
— Это возмездие, — произнёс кто-то из боевиков.
— Когти суллара царапают небо, — указал другой.
— Суллархо, — поднял голову главный суларит. — Убейте… Их… Дайте мне нож.
— Ауххагн ниб сафалхаш, — послышалось в рядах фанатиков.
— Дайте мне нож, братья, я сделаю это сам! — громче выкрикнул Латуриэль, но его уже не слушали.
— Иверсат кеб иферсатха мэ логнат суллар Хо!
Я обернулся и посмотрел на небо. Там вычерчивалось пять параллельных белых полос, поднимающихся со стороны 'Измаила', и уходящих в небо по высокой дуге. Инверсионные следы реактивных снарядов. Слуги выпустили своего ослабшего лидера, и тот упал на четвереньки. Некоторые сулариты роняли свои ножи и хватались за головы. Некоторые читали однообразные молитвы. Кто-то смеялся истерическим смехом. А снаряды, нарисовав вершину параболы, уже летели вниз. Как будто бы прямо на нас. Чем ближе к земле — тем быстрее. Поочерёдно они скрылись из вида за домами.
— Ложись! — я буквально уронил Райли на асфальт, и сам упал сверху, закрывая её.
— Квегат ма клинкх… — закончил свою молитву какой-то суларит.
И раздался чудовищный гром. Уши моментально заложило. Вместо звуков остался лишь продолжительный писк. А удары снарядов отзывались короткими встрясками почвы. Сверху что-то падало. Сулариты спотыкались через нас и тоже падали. Царил какой-то хаос. В такой ситуации лучшим решением было лежать и не шевелиться.
Когда слух вернулся ко мне, бомбардировка уже прекратилась, канонада стихла и над крышами поднимались клубы тёмного дыма. Высокоточная артиллерия периметра сработала действительно ювелирно. Уверен, что все снаряды легли если не ровно в одну точку, то однозначно рядом друг с другом, с минимальным разбросом. Поэтому к нам на улицу не залетел ни один из них. А от губительной ударной волны и роя осколков нас защитили здания. Каким бы могучим не был эндлкрон, я думал, что после такой нахлобучки от него мало что осталось. Наивный.
Тяжёлый, надсадный рёв раскатился по округе. Как будто бы одновременно загудел десяток локомотивов. И город ожил. Земля зашевелилась, машины заскрипели рессорами, стены домов зашатались и дали трещины, покосился и рухнул выглядывающий из-за построек башенный кран. Нет, снаряды не убили кракена. Даже серьёзно не повредили. Но разозлили его основательно. Вся та жуть, что творилась ранее, была не гневом, а просто лёгким завтраком спросонья. Теперь же начинался истинный гнев эндлкрона. А это значит, что если сумеречники против него не сдюжат — мало не покажется никому.
Я не видел, что происходило там, откуда густо валил дым, но судя по растущей вибрации, от которой 'танцевали' канализационные люки и 'дышали' трещины на асфальте, догадывался. Эндлкрон вылезал наружу. Лезь-лезь, глист-переросток. Поднимайся повыше. Покажись во всей красе. А Корвус тебе поаплодирует.
Пока я ждал, что тварь появится наверху, она объявилась снизу, откуда её не ждали, и внезапно выползла на перекрёсток. Если бы не щупальца, могло показаться, что из-за угла дома выдвигается ещё один дом. По высоте эндлкрон был не намного ниже окрестных пятиэтажек.
