Первый дрон начал возиться с дверью подсобки. Второй ждал его напротив меня. Оба игнорировали моё присутствие. Они меня не видели. Однако же, моё местоположение чем-то привлекало заднюю машину. Камера уставилась в мою сторону, объектив навёлся. Пока дальний робот ковырял замок, а ближний пялился своими электронными глазами, я задумался.
А что если это мой шанс? Шанс всё изменить. Они ещё не добрались до хронокапсулы. Автодрон ещё не застрял, пытаясь её вытащить. И меня ещё не собираются привлекать к этой миссии. Если я им намекну на тщетность их действий, то, возможно, они поймут и уедут…
Взяв кусочек мела, я начал писать на доске большими буквами слово 'УХОДИТЕ'. Пока писал, один из дронов справился с дверью и уже заехал внутрь. Второй продолжал стоять и смотреть на меня. Только бы увидел надпись… Нет. Не увидел. Поехал в подсобку. Чёртовы болваны. Как же я их ненавижу.
Изнывая от беспомощности, я сжал кулаки, ощущая как моя энергия разливается от меня во все стороны, смешиваясь с чужой, незнакомой энергией, словно горячая вода с холодной. Ещё немного и я взорвусь, разнеся здание на кирпичную крошку. Во мне танцевала ненависть. Позади слышался мерзкий скребущий по нервам звук мела, самостоятельно чертящего на доске густые каракули.
В полном исступлении, не зная, что делать, я поднял с пола раскрытую тетрадь, упавшую со стола, выдернул из неё листок и принялся мастерить из него первое, что пришло в голову — бумажный самолётик. В детстве, когда я мастерил поделки из бумаги, меня его занятие хорошо успокаивало. Но это было тогда, в другой моей жизни. Возможно, даже и не в моей вовсе… Да что за проклятье?!
Дрон выехал из подсобки и покатился на выход. В последней надежде я помахал ему рукой, но это было бесполезно. Он меня не видел.
— Да и вали к дьяволу.
Я пустил ему вдогонку самолётик. Бумажная птичка сначала устремилась вниз, но, пролетев под партой, внезапно была подхвачена каким-то сквозняком, и, набрав высоту, помчалась вслед за уезжающей машиной.
— Валите все! Ненавижу вас! Ненавижу!!! — заорал я, брызгая слюной, и подхватив один из стульев запустил им по направлению к двери.
Энергия вокруг приняла шарообразную форму, а затем взорвалась, разметав мебель в разные стороны. Дверь захлопнулась прямо за автодроном, сразу после этого, всё что находилось в классе, поднялось к потолку, будто бы в невесомости. Рычащее дыхание, рвущееся из моей груди, заставляло пространственно-временные дыры расползаться шире. Я видел их радужные контуры, распространяющиеся, словно пропалины на подожжённой газете. Стоило мне пошевельнуться, как висевшие в воздухе предметы, как один, рухнули на пол. Они с грохотом падали вокруг меня, а мне было плевать. Я пинал их, швырял, бесился как полоумный. От моего крика вылетели стёкла. Но не наружу, а вовнутрь, зависнув и рассыпавшись прямо в воздухе тысячами осколков. Я ощущал всеми фибрами, как с разных сторон распадаются и рушатся физические, молекулярные взаимосвязи. Кирпичи в кладке проседают, трещины расходятся по потолку, паркетные плитки перекашиваются и отстреливаются вверх. И это злило меня ещё больше. Я превратился в беснующегося монстра, и уже не мог себя контролировать.
— Писатель, остановись! — на спине у меня повисла Райли.
Я попытался её стряхнуть, но она держалась на мне крепко, словно ковбой на быке. Ещё немного я подёргался, расталкивая парты и стулья, но вскоре почувствовал, как энергия стабилизируется. Не знаю, Райли мне помогла её унять, или же это произошло само собой. Но я быстро приходил в себя. А когда силы меня оставили, висящая на спине подруга, минуту назад лёгкая как пушинка, внезапно стала весить едва ли не тонну, вдавив меня в пол. Откуда-то сверху на нас просыпался дождик из мелкого стекла. Мы лежали среди хаоса, слушая, как за окнами постепенно стихает свирепый ураган.
— Успокойся. Ну чего ты разбушевался? — шептала мне Райли на ухо. — Я с тобой. Видишь? Я с тобой.
Немного пошевелившись, дал ей понять, что психоз меня отпустил и я хочу высвободиться. Она поняла это, и, немного погладив мои волосы, поднялась.
— Зачем всё это, Райли, — произнёс я, медленно вставая на четвереньки. — Зачем всё это со мной происходит?
— Милый, нам надо уходить, — ответила она, поправляя перчатку на левой руке. — Здание того и гляди рухнет. Запускай дрона.
— Да, — потянувшись к ней, я потряс её за плечо. — Так я и сделаю. Именно так. Я его запущу, и когда он поедет, мы зацепимся за него…
Монотонно бормоча эти слова, я тяжело поднялся и, пошатываясь, побрёл между поваленной мебелью в сторону подсобки, — … он вывезет нас на улицу. Когда вырвемся из аномального вихря, ты спрыгнешь, а я… А я поеду дальше. До главных ворот периметра. И там…
