– Светлана ныряет, не думая, куда ее вынесет. Положись я на случай, нас бы разбросало. Как бы мы потом нашли друг друга? Чтобы этого не произошло, я пошел по вашему следу и вынырнул там же, где и вы.
– Получается, мы вынырнули неизвестно где? – ужаснулась Ксюша.
– А, по-моему, похоже на наш город, – сказал Коля.
– Это он и есть, – кивнул Марк. – Светлана инстинктивно выбрала его.
– Здорово, что нам есть, что обсудить, – Коля стер с очков иней. – Но я окоченел. Поищем, что ли, где согреться?
Трясясь и стуча зубами, мы выбрались из подворотни. Первым делом я прочла название улицы на табличке. Мне оно ничего не сказало, зато Марк оживился.
– Неподалеку живет Вадим, – потирая руки, заявил он.
– Чье-то подсознание привело нас прямо к нему домой, – усмехнулась Ксюша.
Я отмахнулась от нее. Между прочим, мое подсознание спасло нас всех. Не будь по соседству дома Шального, мы к открытию магазинов, в которых можно погреться и купить зимнюю одежду, замерзли бы насмерть.
Прижимаясь друг к другу, мы добрались до квартиры Вадима. В окнах не горел свет, но это ничего не значило. Вадим редко его включал, передвигаясь на ощупь.
В подъезде я первым делом бросилась к батарее. Коля и Ксюша не отставали от меня. Батарея была обжигающе горячей. Мы хватались за нее и тут же отдергивали руки, дули на ладони и повторяли все сначала.
Марк батареей не заинтересовался и, миновав нас, позвонил в квартиру Шального. Он долго жал на кнопку звонка. Его трель слышалась даже на лестничной площадке, но дверь не открывали.
– Что если его нет дома? – Ксюша прижала теплые ладони к щекам.
– Он всегда дома, – сказал Марк. – Это же Вадим. Он покидает свою берлогу лишь в случае крайней необходимости.
Марк был прав. Нам крупно повезло, что в нашу первую встречу мы застали Вадима на улице. При его затворническом образе жизни мы могли караулить тенелова вечно.
Марк заколотил по двери кулаками, а после и ногами. Дверь сотрясалась от ударов. Шум в подъезде стоял такой, что я испугалась, как бы соседи не вызвали полицию.
– Вадим, возможно, спит и не слышит стука, – я оторвалась от батареи.
– Нас как бы весь дом слышит, а он нет, – упер руки в бока Коля.
– Шальной редко пускает кого-то без предварительного приглашения, – Марк потер вспухшие от ударов костяшки пальцев.
– Очень жаль, что у нас не было шанса записаться на прием, – Ксюша начала терять терпение.
– Стучу в последний раз, – сказал Марк, – а потом пойду, брошу что-нибудь в окно его спальни. Если и это не заставит его открыть, то придется ночевать под дверью.
Марк со всего размаха врезал по двери. Дерматин смягчил удар, но принц все равно поморщился от боли. В подъезде зазвенели стекла. Мощный «бух» прокатился по лестнице. Таким можно мертвого из могилы поднять, не то что пробудить человека ото сна.
Мы застыли, прислушиваясь к шуму из квартиры. Поначалу было тихо, но затем раздались шаркающие шаги.
– Кого там черти принесли? – ворчливо поинтересовались из-за двери. Вадим и при свете дня не отличался любезностью, а разбуженный среди ночи он походил на брюзгливую старуху.
– Это Марк, – принц отошел на несколько шагов от двери, чтобы его было видно в глазок. – Со мной Светлана, Ксения и Николай. Мы сбежали из Черной крепости и просим у тебя убежища.
– Чего?
Тенелов спросонья туго соображал.
– Впусти нас, – взмолилась Ксюша, – на улице минус десять, а мы без пальто.
– Это точно вы? – заподозрил неладное хозяин квартиры. – Откуда мне знать, что в ваши тела не вселились стражи или того хуже – отступники? Чем докажите, что вы – это вы?
– У меня есть тень, – нашла Ксюша убедительный довод.
Но Вадим так легко не сдался:
– Лично я никакой тени не вижу.
В самом деле, свет на первом этаже не горел. Если у Ксюши и была тень, то в полумраке ее разглядеть не удавалось.
Марк пощелкал выключателем. Безрезультатно. Лампочка перегорела.
– Спроси у меня что-нибудь, что знаем только мы, – предложил принц.
За дверью крепко задумались. Я, устав от мании преследования, одолевшей Вадима, прислонилась к стене, разгружая озябшие ноги. Сейчас бы выпить чашку горячего какао и закутаться в одеяло. Да что там, я бы не отказалась и от стакана ненавистного молока с медом, которым мама поила Ксюху и меня, когда мы болели.
– Вадим, думай, пожалуйста, быстрее, – попросила Ксюша.
Я обняла сестру за плечи и притянула к себе. Наша четверка напоминала компанию бомжей. Глупо винить Шального за то, что опасался нас впускать.
– Скажи, – наконец, произнес Вадим, – когда и при каких обстоятельствах мы с тобой познакомились?
Марк улыбнулся:
– Это было четыре года назад. Ты впервые нырнул в тень и выскользнул прямо в походном шатре королевы. Такого прицельного попадания я ни до, ни после не встречал.
Я хихикнула. Представляю, как королева взбесилась, обнаружив у себя в шатре незнакомца.
– Мне продолжать? – уточнил Марк. – Рассказать о том, как ты бегал по кровати от стражей, запутался в балдахине и был пойман? Или о том, как королева дала тебе пощечину за то, что ты видел ее в пеньюаре? Или…
– Хватит, хватит, это без сомнений ты, братишка, – послышался лязг замка.
