Мимо проплывали незнакомые дома. Автобус вез нас на окраину города, а дом Вадима находился ближе к центру.
– Надо пересесть, – я собралась встать, но Марк меня удержал.
– Проедем несколько остановок, так надежнее.
Я кивнула и заметила, что руки Марка выпачканы в серой жидкости неизвестного происхождения.
– Что это? – я взяла его за кисть.
– Кровь, – он равнодушно рассматривал свои руки. – Большей частью не моя.
– Почему твоя кровь похожа на разведенный в воде пепел? – спросила я.
На нас оглянулась сидящая впереди женщина. Я послала ей улыбку, а про себя сделала пометку говорить тише.
Марк наклонился к моему уху и прошептал:
– У всех копий кровь серого цвета.
От его дыхания волоски на шее приподнялись. Я бы с удовольствием насладилась его близостью, но женщина все еще сверила нас взглядом, к тому же Марк истекал кровью.
Я отодвинулась и достала платок. Не без труда разорвав его надвое, обвязала лоскуты вокруг ладоней Марка.
– Дома надо будет обработать раны, – сказала я.
– Ты моя спасительница, – ответил Марк. – Твоя улыбка заживляет раны лучше любого лекарства.
– Шутишь? Это ты дрался, как гладиатор. Без тебя нас бы сцапали. Как считаешь, тот разноцветный с самого начала знал, что мы идем за ним и все это подстроил?
– Думаю, да, – кивнул Марк. – Это тщательно спланированная ловушка. Адрес разведчику слили специально. И все ради тебя.
– Ох, – я сползла по сиденью. – Мы ведь чуть не попались!
– Вот поэтому я не хотел брать тебя с собой, – сказал Марк. – Я надеялся уберечь тебя. Теперь отступники точно знают, что ты в городе, и не успокоятся до тех пор, пока не найдут тебя.
– Предлагаешь мне переехать? – вяло пошутила я.
Но Марк всерьез задумался. Чтобы отвлечь его, пока он не придумал отправить меня куда-нибудь в жаркие страны, я потянула его к выходу. Мы пересели на автобус, идущий в центр, и остаток пути дремали.
Вадим не обрадовался нашему возвращению, как если бы рассчитывал, что мы ушли навсегда. А увидев, в каком мы состоянии – перевязанные руки Марка, мокрая от снега одежда – потерял голову от переживаний. Волновался он, естественно, не за нас, а за свою драгоценную квартиру.
Тенелов оббегал все комнаты, высматривая в окнах, не идут ли отступники. Я в это время обработала раны Марка йодом и перевязала их бинтом.
– Ваши жизни принадлежат только вам, – заявил Вадим по возвращению в гостиную. – Рискуйте ими, сколько влезет, но меня не впутывайте. Я не хочу остаток дней провести в бегах.
– Успокойся, – Марк похлопал друга по плечу, – твой покой для меня дороже собственного. Будь хоть малейший шанс, что отступники найдут нас здесь, я бы съехал.
Слова Марка не утешили Вадима. Когда мы уходили спать, он все еще вздрагивал от шорохов на лестнице. В последние дни душевное здоровье тенелова заметно ухудшилось, и я не могла не думать, что отчасти в этом виноваты мы. Надо подыскать новое укрытие и освободить, наконец, Шального от нашего присутствия, которое ему явно в тягость.
Расставаясь с Ксюшей, я продиктовала ей номер домашнего телефона Вадима, так как сотовый пришлось выбросить. Его, по словам Марка, могли запеленговать. Похоже, серые стражи пользовались всеми преимуществами нашей стороны, в том числе техническими. И вот, заслышав телефонную трель, я бросилась на звук. Поиски телефона привели меня в библиотеку, где на бюро стоял допотопный аппарат. По такому моя прабабушка общалась с прадедушкой. Трубка у телефона делилась на две части: одна прикладывалась к уху, а вторая, в которую нужно было говорить, была неотъемлемой частью аппарата.
Всерьез сомневаясь, что телефон работает, я подняла трубку и, наклонившись к аппарату, произнесла неуверенное «Алло».
– Света, это ты? – сквозь шумы раздалось в трубке.
Как и предполагала, звонила Ксюша. Я до того обрадовалась ей, что все неудобства связанные с телефоном отошли на второй план.
– Как у вас дела? – спросила я. – Все в порядке? Стражи вас не достают?
– Все нормально, – судя по интонации, Ксюша улыбалась. – Вчера вечером заходили люди в сером, поговорили с родителями, после со мной, но я дала им понять, что ничего о тебе не знаю, и они ушли. То же было у Коли. Очевидно, после этого со стражами покончено.
– Очень на это надеюсь.
– Знаешь, что необычно: сегодня я попросила Колю набрать твой номер, но я не смогла произнести его вслух. Язык будто онемел. Тогда я попыталась написать номер телефона на бумаге, но опять ничего не вышло. Руки мне не подчинялись. Ни правая, ни левая. Ты когда-нибудь сталкивалась с подобным?
– Это все Вадим, – призналась я. – Он наложил на вас заклятие неразглашения.
Я приготовилась к вспышке гнева. Кому понравится, что в его разум вмешиваются при помощи магии? Но Ксюша рассмеялась. Сквозь хохот сестры я различила возмущенные Колины возгласы – похоже, меня поставили на громкую связь.
– Передай Вадиму, что я с ним поквитаюсь! – перекрывая Ксюшин смех, кричал Коля.
