Его ответ мог бы прозвучать оскорбительно, не будь он произнесен настолько равнодушным тоном. Голая констатация факта, не более.
— Что касается имени, — мерно продолжил он. — Среди людей я известен под именем Сидмон Блудман.
— Лорд Сидмон?
— Пусть так.
Больше мы не разговаривали. Блудман не хотел общаться, я пытался понять, что в окружающей действительности не так. Вроде бы все прекрасно, опасности нет, но чутье настаивало на неправильности. Постепенно дошло. Мы шли по искуснейшей иллюзии, полностью дублирующей реальность и находящейся в лакуне. То есть все эти деревца, травки, птички поющие, небо над головой на самом деле не существовали, их не было. Если бы прежде не сталкивался с чем-то подобным во Внутреннем Дворике, ни за что бы не догадался. Подчеркну — я, маг, уделяющий довольно большое время изучению разного рода магических обманок и миражей, иллюзию не расшифровал. Вычислил её, да, по косвенным признакам, однако определить, где кончается обычный мир и начинается рукотворный призрак, не смог.
Даже теоретически не представляю, как такое можно сделать.
Описывать дом бессмысленно. Он подстраивался под воображение смотрящего, так что и внешний вид, и интерьер на самом деле мог выглядеть совершенно иначе, чем выглядел. Тем не менее, я постарался запомнить побольше деталей — использую находки, когда обзаведусь своим. Скажем, в Шеффилде.
— Здравствуйте, мистер Снейп, — леди Кэтрин встретила нас в холле. — Надеюсь, манеры моего мужа не шокировали вас слишком сильно?
Лорд Сидмон прошел мимо неё, не удостоив взглядом.
— Для волшебника нормально быть слегка эксцентричным, или даже не слегка, — заверил я, целуя воздух над узкой кистью. — Полагаю, у него есть причины для недовольства. Надеюсь только, что таковой причиной является не мой визит?
— Вовсе нет. Мы собирались в путешествие… довольно долгое путешествие, но по моему настоянию слегка задержались. Сидмон раздражен задержкой. Пройдемте в гостиную, мистер Снейп, я приготовила там чай.
Мы расселись вокруг маленького, буквально на пару персон, столика. Интересно, существовал ли он пару минут назад?
— Ваши дела завершились успехом? — задавать такие вопросы неприлично, но, маги, подобные леди Кэтрин, сами решают, что прилично, а что нет.
— Они еще не завершились, хотя идут в правильном направлении.
— Значит, вы планируете ввязаться в какую-то авантюру?
— Не то, чтобы планирую, — чуть пожал я плечами. — Просто если энергия действия накапливается, она обречена найти выход.
— Мудрое замечание. Сколько вам лет?
— Я появился на свет шестнадцатого марта пятьдесят шестого года, шестнадцать лет назад. А высказывание насчет энергии действия — это восточное. Там очень любопытное отношение к жизни, совершенно не похоже на наше.
— Вы бывали на Востоке?
— Увы, нет. Зато у меня много знакомых в азиатских диаспорах Лондона…
Легкий застольный разговор оказался тем еще испытанием. В части вытаскивания из собеседника сведений путем косвенных вопросов леди Кэтрин могла бы дать фору лорду Малфою, она ничем не выдавала своего истинного интереса и одинаково легко поддерживала любую тему. Причем на мои расспросы отвечала подробно, обстоятельно и пусто. Нет, серьёзно, она мимоходом намекнула, что ей действительно что-то от меня нужно, и более не выдала ничего. Умело лавировала, запутывала, рассуждала о баскской стихотворной традиции и тут же перескакивала на гадательные обряды друидов, цитировала Юнга и сравнивала определения запретной магии в разных школах, однако зачем ей понадобился молодой, ничем не примечательный маг-полукровка, не сказала ни слова. Даже не намекнула.
Чем дольше я с ней общался, тем сильнее ощущал себя нежно отпрепарированным. Да, подходящее определение. Никакого дискомфорта, и в то же время я периодически ловлю себя на том, что делюсь мыслями, приберегаемыми для ближнего круга лиц. Рассказываю вещи, которые предпочитаю хранить в тайне. Ничего серьезного, и в то же время перед малознакомыми людьми я настолько не раскрывался никогда.
Голос Власти. Виртуозное владение.
Всякий раз, когда я ловил себя на излишней откровенности, леди чуть заметно поощрительно улыбалась, замолкала на пару минут, позволяя прийти в себя, и снова продолжала беседу. Ну, ради этого я сюда и пришел, не так ли? Ради знаний. Они подаются в необычной форме, но это выбор учителя — как учить и кого учить. И я должен гордиться, что меня сочли достойным.
В то же время уверен, что одним Голосом дело ограничивалось. Леди Кэтрин
Если она вводит меня в свою интригу, мне нечего ей противопоставить.
