Без свидетелей.
Капитан Радим не врал, когда говорил, что кнут в руках его солдата Нлата рассекает плоть до кости. Впервые увидев спину Брэнна после того, как чародейка поработала над его ранами, Лета побледнела.
Всё ещё красные, свежие шрамы полосами покрывали кожу керника от поясницы до лопаток, будто бы чудовищные следы когтей. Но звери никогда не драли жертву так методично, добиваясь, чтобы каждая отметина чётко повторяла предыдущую. Им бы и в голову не пришло оставлять раны такими глубокими, чтобы они всю жизнь служили напоминанием о произошедшем.
Звери просто убивали. Они не мучили добычу.
— Ну как? — Брэнн накинул на себя рубашку, скрывая шрамы.
— Я… Я… — Лета проглотила слова, силясь прогнать из головы отпечатавшуюся там картину его изувеченной спины.
— Брось, всё не так плохо, — шутливо подмигнул ей Брэнн, хотя тон его голоса сделался обиженным. — Шрамы украшают мужчину.
Шурша тяжёлым подолом сарафана, Кассандра обошла кровать и приблизилась к нему. Едва она коснулась его лба, проверяя наличие жара, Брэнн закрыл глаза, млея от удовольствия. Лета закатила глаза, постаравшись сделать это незаметно. Вряд ли нашёлся бы мужчина, равнодушный к красоте Кассандры. Даже Лету тянуло признаться, хотя бы себе самой, в том, что магичка была обворожительна и умела этим пользоваться.
Узкое пространство комнаты, казалось, становилось постепенно всё меньше. Лета, прижавшись к окошку, наблюдала за тем, как Кассандра кружила вокруг Брэнна. Ей нравилось, как тут пахло. Этот запах напоминал ей спальню Лиама в Журавлином дворце. Смешение ароматов лечебных трав, терпких масел и выстиранного белья.
Все стены заполняли полки и шкафы с лекарственными настоями, зельями и эликсирами. У каждой магической жижи был свой цвет. Поэтому Лета не представляла, какое применение можно было найти зелью яркого рубинового цвета, похожего на жидкое пламя. Те же мысли касались и соседней склянки, в которой застыло малахитовое варево с розоватыми вкраплениями. Такое она бы точно отказалась выпить. А вот Брэнну наверняка пришлось хлебнуть разноцветной чародейской отравы.
Кассандра славилась на весь Оплот своими познаниями в алхимии. Лета стиснула челюсть, призывая себя не злиться на ту, что предоставила им бессрочнок убежище, еду и возможность купаться в горячей воде хоть каждый день. Последнее больше всего радовало Лету.
Кассандра поменяла бельё на постели, снова проверила спину керника и уложила его на мягкие подушки. Брэнн не отказал себе в возможности «случайно» пройтись ладонью по бедру Кассандры, рискуя отхватить за это пощёчину или что-нибудь вроде превращения в дождевого червя. Но чародейка ответила ему игривой улыбкой. Не в первый раз. И Лета не помнила, чтобы она ещё кому-то так улыбалась.
— Я бы советовала задержаться на неделю, пока он окончательно не окрепнет, — сказала Кассандра, обращаясь к Лете.
— Это не мне решать. Кое-кто считает, что день промедления может стать последним для магов Тиссофа.
Кассандра сухо поджала губы. Лета напомнила себе, что свой выбор чародейка уже сделала.
Она решилась задать вопрос, терзавший её с первого дня прибытия сюда.
— Они ведь никогда не исчезнут? — Лета кивнула на Брэнна.
Кассандра с грустью покачала головой:
— Вы слишком поздно пришли.
— Ты спасла мне жизнь, — вклинился в разговор Брэнн. — Я не смею требовать сверх этого.
Кассандра отозвалась на его слова таким взглядом, что Лета тут же почувствовала лишней в комнате.
Она запрокинула ногу на оконную раму, собираясь выйти из комнаты. От соколиного взора Кассандры этот манёвр не укрылся.
— Только попробуй, — проворчала она. — Мой дом — не площадка для керничьих игр. Вы с Рихардом уже надоели своими выходами в окна. Что дальше? Есть руками будете?
Лета невинно улыбнулась.
— Брысь!
Лета опустила ногу и уставилась на ногти, напуская на себя непричастный вид. В глазах чародейки запрыгали весёлые искорки. Но с лица не сходило выражение благовоспитанной дамы, чей любимый кот нагадил на новенький заморский ковёр.
В дверном проёме показалась кудрявая голова Берси. Бард светилсященячьей радостью.
— Госпожа чародейка, я сделал всё, как вы сказали, — пробормотал он. — Вода закипела.
— Уже иду, — ответила Кассандра и поправила одеяло Брэнну, чей восхищённый взгляд беспрерывно метался от её лица к груди. — Мог бы и без моей помощи управиться.
— Я ничего не смыслю в кулинарии…
— Да какая там кулинария, — она протиснулась между бардом и дверным косяком. — Идём, научу тебя варить суп.
Берси оживлённо закивал, а потом бросил на Лету взгляд, пригвоздивший её к полу. Он почти повторял прощальный взгляд Кассандры, разве что причины у того были другие.
Что-то между ними потеплело, до не до конца. Лета не собиралась просить прощения завсе убийства, которые после пережитого в Короне перестали давить на неё чувством вины.
Они. Все. Заслужили. Смерти.
Жаль, что Берси не мог этого понять. В его наивной мягкой душе цвела любовь к всякому человеку и вера в то, что даже злодея можно исправить. Лета надеялась, что эта ошибка не обойдётся ему слишком дорого.
