– Всё просто, – Адриан тоже подлил себе вина, – кольцо – это символ. Семь камней символизируют семь членов совета, семь ипостасей. Первоначально, когда Оливер занял должность председателя, Эдуард перестал носить кольцо в знак протеста, но потом снова надел его.
– Да, это на него похоже. Он очень щепетилен к таким моментам, особенно если в них закладывается некий мистический символ. – Элиза хлопнула себя по коленке. – Пожалуй, на этом мы сегодня закончим. Спасибо за столь полный рассказ. Если ты не против, я бы хотела побыть одна – мне нужно переварить услышанное.
Адриан тактично вышел и не беспокоил девушку весь следующий день. Всё это время Элиза пыталась уложить в голове события предыдущего вечера и связать их с новыми открывшимися подробностями. Ощущение, что она зацепилась за какой-то туго связанный клубок, породило в ней сомнения, что её внезапно свалившиеся проблемы были такой уж случайностью. Она была зла на отца, зла на то, что все эти годы он молчал и не посвятил её хоть в какие-то значимые подробности жизни Совета. В попытках восстановить хронологию событий, Элиза стала прокручивать всё то, что сказал ей Адриан и внезапно заметила одну деталь, которую он опустил: если Арон отказался от места в Высшем Совете, то, по правилам, его место должен был занять другой полидори.
– Адри, ты не занят? – Элиза постучав, заглянула в его комнату. Он сидел за рабочим столом, на котором стоял компьютер и что-то внимательно изучал.
– Немного, у тебя что-то срочное?
– Да. Когда ты сказал, что Арон отказался от своего места, то не сказал кто пришёл вместо него.
Адриан отвёл удивлённый взгляд от экрана. На этот раз улыбки на его лице не было совсем.
– Элиза, как это относится к твоему делу?
Нетерпеливо переступив с ноги на ногу, она прошла в его комнату и присела на кровать:
– Я думаю, что ты был прав. Также возможно, что моя ситуация лишь последствие каких-то предыдущих событий… а может это предупреждение моему отцу?
– Поподробней пожалуйста, – Адриан закрыл крышку ноутбука и внимательно посмотрел на неё.
– Смотри, Эдуард был против того, чтобы Оливер становился членом Совета, о чём неоднократно высказывался. Потом мы начали с ним жить, вопреки желанию моего отца. После мы очень неприятно расстаёмся, и я снова возвращаюсь к отцу, который на сорок лет устраивает с ним конфронтацию. А сейчас Оливер просто применил ответные действия, так как всё-таки дом, в котором я живу – это имущество моей семьи, а мои фирмы фактически записаны на отца.
– Хм, – Адриан, закрыв глаза, потёр переносицу. – Допустим, это звучит логично и вполне обосновано, но какой смысл ему так очевидно подставлять себя?
– Именно поэтому, – щёлкнув пальцами, произнесла Элиза. – Я и хотела бы узнать, кто был седьмым и куда он делся. Возможно, чтобы не афишировать своё имя, Оливер действует через посредника и также ему может помогать кто-нибудь из Совета. Дальше идёт обычная логика: Патрисию мы исключаем сразу, так как её клан также понёс убытки, Индира – можно рассматривать, но она слишком занята сейчас борьбой за свои права на княжеский титул, Луар может быть, но Оливер её, на сколько я знаю, на дух не переносит. Родители Патрисии погибли слишком давно, чтобы подозревать их в сговоре. Остаёшься ты и загадочный Седьмой.
– Хорошо, тогда почему, чисто гипотетически, это не могу быть я, например? – Адриан ухмыльнувшись, сложил руки в замок.
– Я тоже задала себе этот вопрос. С учётом новой информации я всё менее уверена в твоём и без того странном желании мне помочь…
Адриан перебил её:
– Я не говорил, что хочу помочь тебе.
– Тогда к чему было забирать меня из дома и полночи рассказывать мне все эти истории? – раздражённо спросила Элиза.
– К тому, что я тебе объяснил – кто-то провоцирует конфликт, который также может коснуться меня и моего клана. Возможно, что ситуация с тобой – это лишь манёвр для отвода глаз, возможно нет. Мне нужно понять кто за этим стоит. Для этого вчера после собрания я наблюдал за всеми выходящими и единственные, кто вызвал у меня подозрения – это вы с Патрисией. Но затем, я убедился, что ни ты, ни Пати к этому не имеют отношения. Элиза, я также как ты хочу понять, что происходит, но, не пойми меня неправильно, я не собираюсь решать финансовые проблемы твоей семьи и лично вмешиваться в ход твоего дела.
– Исчерпывающе, – Элиза положила ногу на ногу, – тогда я разберусь во всём сама. Расскажи мне, как зовут седьмого советника?
– Его звали Август. Я не был с ним знаком слишком близко и толком даже ничего не могу сказать. Он был достаточно закрытым и напористым полидори. Особой любви других членов Совета он не вызывал и имел довольно дикие архаичные взгляды на жизнь.
Элиза чуть поддалась вперёд. Её взгляд стал напряжённым:
– Говоря «дикие и архаичные взгляды», что именно ты имеешь ввиду?
– То, что он не хотел терпеть других существ, не признавал равенства полидори и людей и особо не любил посредников – ведьм и духов, считая, что именно полидори являются высшей формой жизни.
– Очень похожего на образ Графа Дракулы, – усмехнувшись вставила Элиза.
