Они сели за красиво накрытый стол, на котором стояло множество различных блюд. Это была одна из причудливых особенностей аристократии полидори: устраивать ужины, с пышно сервированными столами, горячим и даже иногда десертом. Хотя по факту, человеческая еда и была для них пригодна, но питались они намного реже, чем обычный человек: обычно один или два раза в неделю. В низших кругах полидори существовало поверье, что человеческая кровь необходима для поддержания энергии и даже приобретения сверхспособностей, поэтому, до сих пор на окраинах городов или же в совсем глухих местах осуществлялись кровавые ритуалы, что считалось абсолютной дикостью среди образованных полидори и с чем Совет пытался бороться уже на протяжении нескольких веков.
К удивлению Элизы обстановка за столом оказалась не настолько напряжённой, как она предполагала. Адриан и Эдуард обсуждали текущие события, Элиза же отстранённо глядела в окно на тихую гладь озера, пытаясь подобрать слова, чтобы начать разговор с отцом.
– Элиза, могу ли я узнать, о чём ты задумалась, – вытирая пальцы о салфетку, поинтересовался Эдуард.
Девушка перевела взгляд на мужчин, которые внимательно смотрели на неё:
– Прошу прощения, отец, просто… – Элиза нервно убрала прядку за ухо. – Нам нужно поговорить. Всем втроём.
– Неужели это не может подождать? – Эдуард изобразил удивление на лице и перевёл взгляд на Безёма.
– К сожалению, – Адриан отодвинул от себя тарелку. – Боюсь, что нет.
– Ладно, молодые люди, – Фолленвейдер сделал тоже самое. – Если вы настаиваете – прошу.
Адриан с Элизой переглянулись. Безом кивнул, чтобы она начала.
– Отец, я… мы хотели обсудить с тобой одну важную вещь… – Элиза запнулась. – В которой нам понадобится твоя помощь.
Эдуард пристально смотрел на дочь.
– Всё началось после вчерашнего собрания.
– Так быстро, – Фолленвейдер посмотрел на Адриана. – Месье Безом, Вы меня удивляете, однако, я вижу, что Вы чтите старые традиции. Я это уважаю.
– Прошу прощения, Эдуард, – Адриан неловко кашлянул. – Я не совсем понимаю, что Вы хотите сказать.
Несмотря на то, что было трудно понять эмоции Фолленвейдера, впервые за долгое время он выглядел растерянным:
– Исходя из того, что вчера Вероника видела вас вместе, – чуть запнувшись, Эдуард качнул головой. – В достаточно интимной обстановке… Того, что вы приехали вместе и предлагаете обсудить важное дело прямо за ужином, я сделал вывод, что вы хотите заявить о серьёзности ваших намерений. И что, соответственно, Вы, Адриан, хотите помочь моей дочери в её текущем положении.
Возникла пауза. Адриан сидел не шелохнувшись, едва приоткрыв рот. Элиза швырнула салфетку на стол:
– Отец, то есть ты послал своих людей шпионить за мной?! Какого…
– Спокойнее, Элиза, – Эдуард посмотрел на неё, сдвинув брови. – Я лишь принимал некоторые меры предосторожности и, видимо, перешёл черту, однако это не повод дерзить своему отцу.
– Прости. Нет, Адриан не собирается жениться на мне или что ещё ты мог там подумать, – девушка зажмурившись, мотнула головой. – Но дело и правда касается вчерашнего собрания…
– И если ты пришла ко мне просить помочь тебе, то я вынужден отказать.
– Эдуард, прошу, – в разговор вступил Адриан. – Выслушайте, что говорит ваша дочь. Это может быть интересно для Вас.
– Хорошо, допустим. Элиза?
Девушка сделала глубокий вдох. Она так и не смогла придумать вступление своей речи, поэтому решила пустить слова на самотёк:
– Отец, первое, что я прошу, это выслушать меня не перебивая. Это очень важно. Я знаю, что в твоём клане, как и в других, начинаются волнения. Настроение среди полидори ходит весьма неоднозначное и дело не в твоём отношении к другим существам. Вчера, после собрания я услышала, как Оливер говорил о протестах среди американских кланов, потом Пати сказала, что у неё пропало два человека. И мы подумали, что кто-то хочет накалить обстановку во всех кланах и мой случай – это, возможно, попытка каким-то образом дотянуться до тебя. К тому же после того, как мы обнаружили, что за нами следят – пусть даже и твои люди – приехав к Адриану, я узнала кое-что важное о Совете.
– Надеюсь, месье Безом, – Эдуард сверкнул глазами. – Вы понимаете, что не имеете права разглашать информацию о делах Совета и тем более посвящать в подробности людей, не состоящих в нём?
– Безусловно, господин Фолленвейдер, – тон Адриана стал подчёркнуто холодным. – Именно поэтому, Элиза узнала только то, что известно большинству образованных полидори – а именно, краткую сводку о жизни выдающихся членов нашего общества.
– Значит, как я понимаю, она знает, что Вы обращённый? Элиза, – Эдуард перевёл на неё взгляд. – Продолжай.
– Собственно… Мы попытались понять, кто бы мог за этим стоять, но ни к чему не пришли… У нас возникло предположение, что это мог бы быть Оливер…
– Глупости, – отрезал Эдуард. – У него нет никаких оснований на это.
– Только если, – в разговор снова вмешался Безом. – Не личные мотивы, что вполне бы могло объяснить его поступки, направленные против Вас.
