– Темных, не освещенных переулков? Давай пока не забегать вперед. Мы не знаем, угрожали ему или нет. Мы ведь, напомню, даже не знаем кто это.
– В любом, случае, раз они сюда пришли, то значит не издалека. Нужно найти, от куда начался их последний путь. Придется опросить, не только эти дома, но и все в округе. Нужно будить всю стражу. Пойду, обрадую Алена. Когда прибудет подкрепление, возьмешь группу и стучись во все двери. Не ждите утра.
– Есть! – Козырнул Готлиб. – Разрешите выполнять?
– Иди уже. – Беззлобно ответил Мальтус. Вместе с этим его сердце, часто забилось, в предвкушении возможных ответов, на мучавшие его вопросы.
Обход начали часа через два, когда, наконец, подошло подкрепление и сонным, и недовольным стражам, разъяснили их задачи. Все это время Готлиб и Ален, с той горсткой людей, что были в наличии, опрашивали людей на улице, количество, которых, все росло. Подавляющее большинство зевак, были не из этого района. Возвращавшиеся со смены строители, праздные гуляки, студенты, просто прохожие. Предчувствуя, не плохую выгоду, вновь открылись заведения вблизи парка. От забегаловок до ресторанов, им пришлось работать сверхурочно, так как в холодную осеннюю ночь горячие и горячительные напитки, расходились на ура. Особенно в связи с последними, чем дольше это всё затягивалось, тем реальнее был риск, что опрос очевидцев закончиться народными гуляниями, либо митингом. Мальтус, не сильно уповая, на полученные от толпы сведения, решил заняться, как он считал, более полезным делом. Достав новый блокнот, взамен утраченного, и грифель, стал зарисовывать место преступления. Рисовал он не плохо, хоть ни когда, этому специально не учился. Иногда, он размышлял, что не угоди он в школу меча, возможно, был бы художником. Но видимо у высших сил, на него были другие планы. И теперь, будучи мастером меча, он применял врожденный дар, которым и не думал, когда-либо пользоваться, в деле, которым не предполагал, что будет заниматься. Боги, те ещё затейники. Впервые, ему в голову, пришла эта идея, на месте убийства Густавсона. Он снабдил все свои отчеты подробными рисунками. Даже предложил капитану, нанять несколько рисовальщиков, что бы те зарисовывали каждое место преступления. Но Роско, в очередной раз лишь наорал и выгнал из кабинета.
Вскоре подъехала телега, на которую погрузили трупы, и в сопровождении доктора Мартина, повезли в прозекторскую. Едва телега, скрылась за поворотом, прибыла дополнительная стража.
– Докладывайте мне или Готлибу. – Вкратце описав сержантам ситуацию, сказал Мальтус. Возглавив одну из групп, он с энтузиазмом отправился портить людям сон. Правда, на поверку, сделать это оказалось не так просто. В почти каждую дверь, приходилось стучать подолгу. Как выяснилось из-за строительства академии и шума, что последнее время не прекращался даже ночью, люди приняли меры. Кто-то пил сонное зелье, кто-то коньяк. Большинство же пользовалось простыми ушными затычками. Как следствие ни кто ни чего не слышал, а если и слышал, то не обратил внимание. Сроки строительства затягивались и рабочие трудились в две смены. Так что шум, грохот, крики, доносящиеся со стороны площади, здесь привычное дело. Люди в этом районе, далеко ни бедные и не последние в обществе, но даже им приходилось, лишь, роптать и молиться, что бы это побыстрей закончилось. В общем, опрос жильцов, превратился в сбор жалоб от населения. То же докладывали Готлиб и другие сержанты. Мальтус был зол. Хотелось кричать и что ни будь ударить. Но вокруг, все было либо твердое, либо острое, либо подчиненные, которые в данном, конкретном случае, были не виноваты.
– Что дальше? – Спросил Готлиб. – Есть идеи? Если нет, предлагаю…
– Лейтенант! – Окрикнул Мальтуса, спешащий к ним стражник.
– Что у вас?
– Сержант Малек, сэр. Вам нужно это увидеть.
Готлиб и Мальтус переглянулись и направились вслед за сержантом, едва поспевая за ним, так же взяв с собой отряды их сопровождавшие. Они обогнули университет и, взяв в лево, прошли по алее, между учебным и жилыми корпусами. Пройдя насквозь, они вышли на улочку между университетом и библиотекой. На той стороне виднелся слабый огонек масляной лампы, который едва высвечивал двух стражников у забора.
– Фонари не горят. – Сказал Мальтус оглядевшись. Это было не обычно. В отличие от трущоб, за исключением переулков и пары частных дворов, все улицы в центре Сарнома, были хорошо освещены. Даже в ремесленном квартале горели фонари. Один через два, но горели. Но не это хотел показать им сержант Малек. У отрядов, что пришли с лейтенантом и Готлибом, были ручные фонари и два факела. Когда они приблизились, то увидели ожидавших их стражников, рядом с внушительным проломом в заборе. Железные прутья были выломаны и валялись по всей улице, вместе с крошевом каменной кладки, в которой ранее находились. Оставшиеся прутья, по краям пролома, выгибались наружу, к улице. Создавалось впечатление, будто огромный, дикий зверь, вырвался от туда.
– Это еще не все. – Сказал сержант.
