Вскоре он увидел знакомый большой зал, его просторы заливал свет, проникавший через высокие окна. Из чистого белого пола, словно вырастая из него, тянулись семь цепей, каждая из которых заканчивалась сломанными кандалами. Они были тусклыми и изношенными, их металл был порван.
На сломанных кандалах была свежая кровь, залитая золотистым сиянием.
А между ними...
Санни пошатнулся и безвольно опустился на колени.
Каждая страсть, каждое желание, каждая эмоция, живущая в его сердце, внезапно вырвалась вперед и воспламенилась, вырвавшись из-под контроля.
В центре большого зала, окруженного клубящимся ураганом света и тьмы, над разорванными цепями возвышался смутный и изящный силуэт. Он не мог понять, где кончается свет и где начинается ее нуминозное тело... Возможно, у Надежды вообще не было тела, и она состояла из чистого сияния и чистой тьмы.
Ему показалось, что ее туманный образ был почти человекоподобным, но в то же время необъяснимо чужим. Формы и очертания были одновременно правильными и неправильными... знакомыми и странными... приятными и отталкивающими.
И прекрасными... такими прекрасными...
Она была самой прекрасной из всех, кого он когда-либо видел.
Она была самым страшным существом, которое он когда-либо видел.
Она была...
Божественной, нечестивой, неизвестной, непознаваемой.
...Даймоном.
И она уходила.
Санни не мог видеть многого, но он ясно понял, что Надежда готова исчезнуть. Может быть, она уже наполовину исчезла, и все, что он видел, было лишь послесловием.
И все же он должен был... должен был...
Его мысли были разбросаны и пусты, и он не совсем помнил, что хотел сделать.
Чего он хотел...
Санни стиснул зубы, а затем закричал, позволяя своему желанию диктовать вопрос:
Демон Желания не обращал на него никакого внимания. На мгновение Санни подумал, что не получит ответа.
Но затем что-то изменилось.
Надежда пошевелилась и вдруг оказалась рядом с ним. Ее лицо, сотканное из света и тьмы, охватило весь мир. Ее лучистые глаза заглянули в самые глубокие, самые потаенные уголки его души.
А затем голос, звучавший как шелест бесчисленных листьев, как мириады молитв, как ветер, дующий между звезд, прошептал ему на ухо:
Глаза Санни расширились.
А затем все вокруг потемнело.
...Кошмар был окончен.
Глава 743: Оценка
И снова Санни оказался в пространстве между сном и явью. Бескрайняя черная пустота освещалась мириадами звезд, бесчисленные нити серебристого света соединяли их вместе, образуя бесконечный, прекрасный узор.
Теперь, когда у него появилось понимание колдовства, Санни увидел этот узор по-другому. Его старые подозрения усилились, постепенно превращаясь в уверенность.
Это было внутреннее святилище Заклинания. И если Заклинание было создано Ткачом... тогда то, на что он смотрел, было его плетением.
Мириады звезд были узловыми точками. Нити света, однако, не были такими же, как нити сущности, которые он мог создать сам.
...Вместо этого Заклинание было соткано из нитей самой судьбы.
Когда это осознание укоренилось в его сердце, Санни вздрогнул. Масштабы окружавшего его космического сплетения серебристого света и многочисленных звезд были слишком велики, чтобы постичь их. Теперь же, когда он увидел его истинную природу, оно вдруг показалось еще более невообразимым.
Да, Ткач назывался Демоном Судьбы... но собрать материал для создания титанического зачарования, было слишком невероятно даже для первенца Неизвестного.
Для даймона...
Санни снова вздрогнул.
Ответ Надежды потряс его до глубины души. Последствия были слишком... немыслимыми. Он не понимал, что она имела в виду, но чувствовал себя так, словно находился на краю пропасти огромной и ужасной истины.
Однако Санни был еще далек от постижения этой истины.
Были ли даймоны олицетворениями тех Недостатков, от которых избавились боги? Так вот как боги стали безупречными? Или боги были безупречны до появления даймонов?
Все это не имело никакого смысла. Как сюда вписывался Неизвестный, от которого произошли даймоны? Был ли здесь намек на то, кем или чем был... или являлся сам Неизвестный?
Как всегда, вопросов было слишком много, а ответов почти не было!
Но если что-то и прояснилось, так это то, что отношения между богами и даймонами были еще более сложными, чем он думал.
Санни узнал удивительную тайну, но никак не мог ее понять. Некоторое время он смотрел вдаль, затем вздохнул.
...Хотя он уже не был таким маленьким и слабым, как раньше.
Он был Мастером!
Вернее, собирался им стать.
Словно отвечая на его мысли, Заклинание наконец заговорило:
