– Уверен, что да. Я обошел все обжитые нами квартиры. Его там нет, но это означает только то, что он не хочет, чтобы его нашли.
– А ты был в доме с террасой на крыше? Где-то в восточной части Квартала… Мы, – мой голос дрогнул, – поднимались туда на тренировке.
– Дом с террасой? В той стороне их несколько… Нет, там я не был, но обязательно зайду. Не переживай о Ферне, – сказал он и поднялся, – лучше позаботься о себе, отдохни как следует.
Нейт ушел, а я осталась сидеть у окна, отложив бесполезную книгу и погрузившись в размышления, пока не загорелся световой щит Альвиона.
Я старалась не накручивать себя и рассуждать трезво, но о чем бы я ни думала – о камнях, о пропавшей карте и плане Сая, о Тайли, Кинне, Нейте и Ферне, – тревога упрямым мотыльком билась в грудной клетке, порождая стойкое предчувствие: что-то грядет.
На следующее утро я проснулась на удивление рано и, хотя еще не чувствовала голода, решила сходить на кухню – вырваться из комнаты, даже если столкнусь с Кинном.
Из дверей буфетной на меня буквально вывалился Нейт. Серый от усталости, он едва держался на ногах.
– А, Вира, доброе… – Он покачнулся, и я бросилась ему на помощь.
– Почему ты до сих пор не лег?
Оперевшись на мое плечо, он слабо улыбнулся:
– Как раз собирался. Сегодня была тележка с едой, пришлось идти, а потом обсуждали с Кинном результаты поисков…
Я чуть не застонала.
– Разве нельзя было сделать это позже?
Нейт тихонько рассмеялся.
– Ты прямо как Кьяра. Если бы она не ушла пораньше в Оранжерею, то уже прогнала бы меня спать.
– И правильно бы поступила. Пойдем, я тебя провожу.
И, несмотря на заверения Нейта, что он справится сам, я пошла рядом, поддерживая его под локоть.
– А зачем Кьяра пошла в Оранжерею так рано? Глерр взялся за новый ее портрет? - спросила я, когда мы вышли в лиловую гостиную.
– Нет, с портретами покончено. Просто Кьяра беспокоится за младших после этих исчезновений, ведь Тайли присматривала за ними, а теперь они сами по себе. А Глерр… Ну, сама понимаешь…
– Ясно. А где Кинн? – задав вопрос, я почувствовала, что краснею.
– Отправился на поиски Тайли, а заодно трессион-отвертки.
Когда мы оказались перед дверью в спальню Нейта, он измученно вздохнул.
– Спасибо, что проводила. Постараюсь отдохнуть, а то голова совсем не соображает.
Во внезапном порыве я предложила:
– Может, возьмешь браслет из хризалиев? Для крепкого сна.
От неожиданности Нейт отступил назад и покачал головой.
– Нет, нет. Это же ваш браслет… Я и так засну, не волнуйся.
– Как знаешь.
Я уже пошла обратно, когда он окликнул меня:
– Кстати, утром мы проходили мимо тех домов с террасами, но ничего не заметили. Я еще вернусь туда днем, проверю внимательней, вдруг Ферн и правда там.
Похолодев, я обернулась и посмотрела на Нейта.
– А ты… сказал про это остальным?
Он едва сдержал зевок.
– Ну да, а что?
Я заставила себя улыбнуться.
– Ничего, отдыхай. Если ты сейчас рухнешь от усталости, я тебя до кровати не дотащу.
Не дожидаясь, пока Нейт уйдет к себе, я поспешно направилась в лиловую гостиную, и каждый шаг отзывался во мне тревожной дрожью.
Раньше подобная мысль не пришла бы мне в голову, но теперь, после случая с Саем, я не могла избавиться от нее: скорее всего, Кинн отправился на поиски Ферна.
Квартал был привычно тих – лишь кое-где слышался птичий щебет. В воздухе с самого утра ощущался грядущий зной. Проведя взаперти столько дней, да еще после лихорадки, я быстро выбилась из сил и несколько раз останавливалась, а потом торопливо шла дальше.
Нужный мне дом яично-желтого цвета был третьим в ряду. На этот раз входная дверь была прикрыта. Стараясь не думать о том, что это означает, я осторожно вошла в прохладу темного подъезда и прислушалась.
Тишина. А потом с самого верха донеслись неясные звуки.
Сердце подскочило, и я ринулась к лестнице, надеясь, что ошиблась. Я почти добралась до самого верха, когда раздались знакомые голоса – и я поняла, что опоздала. Задыхаясь, я одолела последний пролет и решительно выбежала на террасу, готовая вмешаться.
Окрик так и замер на моих губах.
Лицо Ферна было разбито в кровь, как и лицо Кинна. Тяжело дыша, они с ненавистью в глазах застыли друг напротив друга, не замечая ничего вокруг и собираясь опять сцепиться. Сперва от вида крови меня окатило обморочным холодом, а потом бросило в жар от смущения – рукава у обоих были закатаны, а пуговицы почти все оборваны, обнажая грудь.
– Ну что, выдохся? – презрительно усмехнулся Ферн.
В ответ Кинн рванулся вперед, целясь в лицо, но Ферн, отбив его руку, тут же попытался достать Кинна правой. Но тот перехватил удар и врезал Ферну коленом в живот.
– Хватит! Прекратите! – крикнула я изо всех сил, выйдя наконец из оцепенения.
Вздрогнув, Кинн поднял голову и, увидев меня, оттолкнул хрипящего Ферна. Потом попытался утереть с лица кровь, что-то тихо ему бросив.
