— Я думаю, это не десятник освободил Нутхеса и не он унес кристалл, — сказал Рамдан, который подошел совсем незаметно. — Мой король, я уверен: произошло именно то, чего я боялся. Чинор посмотрел в кристалл, и опытный кхешийский маг похитил его тело. Ведь такое возможно? — спросил он Усирзеса.
— Такое случалось, — ответил Усирзес. — Жрецы Сатха способны красть тела у непосвященных людей.
— Где же тогда десятник? — поинтересовался Кулл.
Рамдан только пожал плечами.
— Если все было именно так, то Чинор мертв, — предположил Брул.
— Все равно десятник виноват, — сказал атлант. — Я приказал ему не смотреть на камень. Он нарушил приказ и поплатился за это.
— А мы потеряли кристалл, — вздохнул Рамдан. — И я с досады готов локти кусать. Второго нам уже не достать!
По двору громко застучали копыта, раздалось ржание.
Брул выглянул в окно:
— Повозки, мой король.
— Ну что ж, — сказал Кулл, — пока воины грабят город, их король обчистит храмовую сокровищницу.
Воины из отряда Алых Стражей внесли в сокровищницу факелы и вставили их в скобы на стенах. Отсветы дымного трескучего пламени заплясали по углам и нишам, ложились на каменные полки, а со всех сторон то вспыхивали в ответ лунный блеск серебра, мягкий теплый отсвет золота, крупный топаз, то подмигивал, будто глаз прекрасной невольницы, изумруд, то вдруг озарялось матовым сиянием жемчужное ожерелье, а то выступала из древней полутьмы изящная статуэтка многорукого существа с пикой и распростертыми за спиной крыльями…
Кулл не забыл, что лежавшие на полу сокровища покрывала тонким слоем пыльца черного лотоса, и потому сначала распорядился вынести все с верхних полок: туда яд попасть не мог. Остальное же: каждое блюдо с тонкой, точно паутина, чеканкой, каждое кольцо и браслет, каждую монету — слуги, прикрыв лица повязками, ополаскивали под струей воды. Затем утварь и украшения складывали в мешки, выносили из храма и грузили на повозки.
Когда все было закончено, конный отряд Алых Стражей сопроводил повозки на пристань, где сокровища переложили в трюм стоявшего у причала флагманского корабля валузийского флота — «Великий Хотат».
Кулл задержался в опустевшей сокровищнице, чтобы с факелом в одной руке и кинжалом в другой обойти ее и простучать стены.
Камни отзывались одинаково глухо.
Брул сидел на корточках в углу и с тоской наблюдал за атлантом.
— Искать тайники — занятие куда более увлекательное, чем игра в кости, — улыбнулся Кулл.
Рамдан в свете факела пытался разобрать полустершуюся надпись, которая шла по одной стене, а затем переползала на другую. Следуя за ней, маг шаг за шагом двигался вдоль стены. Вдруг он резко остановился и отпрыгнул в сторону.
— Что-то случилось? — негромко спросил Брул.
Кулл опустил кинжал и с опаской взглянул на мага.
— Это не ловушка, — успокоил всех Рамдан. — Сквозь камни я чувствую магию. Вот здесь.
— Тайник? — заинтересовался Кулл.
— Скорее всего, — кивнул Рамдан.
Усирзес подошел к магу, потоптался на камне, на который тот указывал, потом присел и коснулся пола ладонями.
— Ничего не чувствую, — признался он.
— Я сам слышу ее едва-едва, — сказал Рамдан, — и могу ошибаться, но мне кажется — это очень древняя магия. Как этот храм.
Усирзес вздрогнул, и даже в сумрачном свете факелов было видно, как жрец побледнел.
Нагнувшись, Кулл постучал рукоятью кинжала по каменной плите, потом по соседним. Хмыкнул. Вставил лезвие в щель и надавил — плита не сдвинулась ни на волос. Атлант попробовал сдвинуть плиту в другую сторону — ничего. Тогда он нажал сильнее.
Закаленный клинок изогнулся и треснул. Кулл коротко выругался сквозь зубы.
— Возможно, где-то есть механизм, который открывает плиту, — предположил Брул.
Рамдан кивнул.
— Да, — согласился Усирзес. — Это может быть панель или камень, на который нужно нажать. Только как его найти? Разве что повезет.
Кулл задумчиво посмотрел на Усирзеса.
— Ну-ка, малый, принеси мне молот, — приказал король стоявшему у входа телохранителю. — Самый тяжелый, какой найдешь.
Не прошло и ста ударов сердца, как тот вернулся в сокровищницу с большим кузнечным молотом.
Атлант взвесил молот в руке:
— Годится. Рамдан, отойди в сторонку…
Качнув молотом туда-сюда, Кулл размахнулся, крякнул, как заправский кузнец, и опустил его на плиту.
Из-под молота выскочила оранжевая искра, плита треснула и раскололась. Под ней обнаружилась выложенная камнями ниша, в которой стоял сундучок из брусков железного дерева, обернутый истлевшей ветошью.
— Похоже, это была шкура леопарда, — сказал Брул, разминая в руках клочок волос. — Дубленая кожа. Такой сносу нет.
— Ничто не вечно, — тихо сказал Усирзес.
Рамдан, встав на колени, внимательно изучил каменную нишу.
— Не было здесь никакого механизма, — сказал он, поднимаясь. — Тайник смастерили тогда же, когда строили храм. Попросту говоря — этот сундук замуровали в фундамент.
Ни замка, ни замочной скважины на крышке не было, однако она просто так не открывалась.