– Раш был вынужден его продать. Герцог пытался добыть его силой. Лорд Арлингтон оказался достаточно мудр, чтобы прибегнуть к другому средству – подкупу. Мне велено без промедления доставить Арлингтону этот пакет. Однако сначала я хочу показать его содержимое вам. Загляните внутрь.
– Вы уже сломали печать. Милорд заметит, что пакет вскрыт.
– Запечатаю его снова. На печати Раша не было герба. Он прижал воск задней стороной ложки, и я сделаю то же самое.
Кэт открыла пакет. Внутри лежали два письма, оба адресованные месье Фарамону в «Три короны» в Сноу-Хилле. И то и другое были написаны одним почерком – крупным, корявым. Печати на этих письмах сломали, но на их остатках виднелись фрагменты герба, однако теперь невозможно было разобрать, какого именно.
– Откуда у господина Раша эти письма? – спросила Кэт.
– От слуги. Ледвард сказал, что нашел пакет во дворе богадельни на Чард-лейн после того, как забрали тело, и до того, как Хадграфт уволил его с поста сторожа. – Марвуд пожал плечами. – Но это со слов Раша. А у Ледварда сейчас ничего не спросишь. Вчера утром его избили до полусмерти.
– Кто это сделал?
– Напал на Ледварда? По всей вероятности, люди Даррелла. Они это сделали, чтобы напугать Раша. Картина та же, что и с нападениями на Фибса и Сэма: подручные Бекингема атакуют слуг, чтобы запугать хозяев. – Марвуд нетерпеливо отмахнулся. – Но у меня мало времени. Прошу вас, вы можете перевести эти письма?
Кэт поглядела Марвуду в глаза, потом развернула верхнее письмо:
– Этим же почерком написан адрес Айрдейла. На том самом обрывке, который мы нашли в туфле на Чард-лейн.
– Именно. И тот же человек составил список игорных долгов из шкатулки с золотом, принадлежавшей Айрдейлу. Помните цифры на обратной стороне экслибриса с гербом герцога Орлеанского? Это долги мадемуазель де Керуаль.
– Дьепп… – напрягая память, медленно произнесла Кэт. – Пятнадцатое сентября тысяча шестьсот семидесятого года.
Марвуд кивнул:
– Мадемуазель де Керуаль проигралась, пока ждала яхту Бекингема, которая так и не пришла. И Айрдейл, и шевалье де Вир тоже были в Дьеппе. Я написал Арлингтону из Лондона и приложил к письму и экслибрис, и адрес. А в ответном послании Арлингтон предупредил меня, что это дело касается государственной тайны и запретил мне продолжать расследование. – Охваченный волнением, Марвуд подался вперед и коснулся руки Кэт. – Вообразите, Арлингтон грозился меня уничтожить, если я проболтаюсь.
Кэт не убрала руку. По коже забегали мурашки. Она задалась вопросом: случайно Марвуд до нее дотронулся или нет?
– И что же в этих письмах?
– Я пытался их прочесть в карете, но мой французский изрядно хромает. Вы же переведете их? Оба без подписи.
Убрав руку со столешницы, Кэт развернула первое послание. К адресату обращались не по имени, а просто «месье».
– Она пишет, что умирает от любви. – Кэт подняла взгляд на Марвуда.
– Это я понял, – сухо произнес тот.
Кэт продолжила чтение.
– Бедная дурочка! – Она снова поглядела на Марвуда. – Луиза благодарит Господа за то, что в этом месяце у нее были регулы. А это может означать только одно…
– Мадемуазель де Керуаль боялась, что понесла. – Марвуд пришел в такое оживление, что затараторил с огромной скоростью. – Каким числом датировано письмо?
– Восьмым октября прошлого года.
В сиянии свечи лицо Марвуда выглядело напряженным, непроницаемым и застывшим, словно оно было отлито из воска.
– Из этого следует, что в Дьеппе они с де Виром были близки. А мадам де Борд говорила вам, что король высоко ценит девственность Луизы.
Кэт ответила:
– Да и в любом случае мысль о том, что она прибыла в Уайтхолл беременной, наверняка приводила Луизу в ужас. Позор, насмешки… Ее жизнь была бы загублена.
– О чем там еще говорится? Быстрее! Наверняка милорду уже доложили, что я приехал, а мне ведь еще пакет запечатывать.
– В первом письме? Луиза глубоко опечалена, что не может выслать месье денег, однако клянется могилой брата, что скоро их раздобудет. Она жаждет встречи с любимым. Молит шевалье увезти ее и взять в жены. – Кэт взяла второе письмо. – Это написано позже, девятого сентября нынешнего года. Упоминаний о долгах здесь больше. – Кэт закусила губу. – Да и тон совсем другой. Вот что она пишет. Айрдейл требует, чтобы Луиза с ним рассчиталась, в противном случае угрожает предать гласности ее скандальную связь с шевалье. Но Луиза просит де Вира поговорить с Айрдейлом, чтобы тот дал ей больше времени. Она также предупреждает шевалье, чтобы тот не вздумал и словом обмолвиться про «другие обстоятельства», иначе за последствия Луиза не отвечает. Она называет ситуацию «дуврской историей». – У Кэт пересохло в горле. – Эти два слова подчеркнуты.
Марвуд поглядел на Кэт круглыми глазами. В его зрачках плясали огоньки свечей.
– Тайный договор? Неужели этой дурочке о нем известно?
Кэт шепотом уточнила:
– По которому Франция обязалась выплачивать содержание королю в обмен на его обещание стать католиком?
