– Уф! – выдохнула мадам де Борд, когда они с Кэт прохаживались по гостиной. – Уайтхолл, конечно, не Пале-Рояль и не Сен-Жерменский дворец, но должна признать, что в такие вечера он тоже может быть приятным местом.
Мадам де Борд встретила Кэт у двери и сразу взяла ее под свое крыло. Несколько джентльменов играли в карты в углу гостиной, но в основном собравшиеся обменивались друг с другом новостями, меняя собеседников как перчатки. Среди дворцовой роскоши голубое шелковое платье Кэт казалось по-старомодному скромным, даже затрапезным.
По словам мадам де Борд, многие придворные дела тайно решались в этой гостиной с помощью кивков, подмигиваний и рукопожатий.
– Но только не сегодня, – пренебрежительным тоном добавила француженка. – Нынче вечером важных особ здесь практически нет.
Кэт пришла в смятение, увидев высокую фигуру в позолоченном парике. Герцог Бекингем стоял у камина с таким видом, словно и этот предмет обстановки, и весь дворец принадлежали ему. Кэт он пока не заметил.
– Когда здесь королева, народу собирается в четыре-пять раз больше. К нам заглядывает даже король. Потихоньку приходит и уходит, будто обычный джентльмен. В гостиной жены он ведет себя свободно и разговаривает с кем пожелает, без всяких формальностей. – Мадам де Борд понизила голос. – Королева так и не подарила королю наследника, однако она неглупа. Ее величество нашла свое место при дворе, и монарх ей за это благодарен. Думаю, по-своему он к ней привязан, даже несмотря на всех своих любовниц.
Повернувшись к Бекингему спиной, Кэт устремила взгляд на реку, словно любуясь видом из окна.
– Красивое кружево, – заметила мадам де Борд, дотронувшись до платья Кэт и на ощупь оценивая качество плетения. – Где вы его нашли?
– Это подарок, – приободрилась Кэт.
– Вот как? От джентльмена?
– Можно сказать и так.
Кэт не назвала бы Марвуда джентльменом, несмотря на все его новоприобретенные придворные ужимки. Впрочем, и сам Марвуд к джентльменам себя не относил.
– Не скромничайте, моя дорогая. Ах, какие у вас туфли! Дайте-ка их рассмотреть! Новые?
Кивнув, Кэт чуть приподняла подол. Мадам де Борд обошла вокруг нее:
– Очаровательная пара! Кто мастер? Месье Жорж?
– Как вы догадались?
– Ни один англичанин не владеет подобным мастерством. К тому же месье Жорж любит вишни. В Париже у него была своя мастерская, но бедняга – протестант, и в Лондоне он чувствует себя комфортнее. Может, подышим свежим воздухом?
Они вышли на террасу и замерли, глядя на широкую серую реку.
– Кстати, о туфлях, – сказала Кэт. – Хочу показать вам один экземпляр.
– Еще одна новая покупка?
– Нет, туфля мужская. Полагаю, французской работы.
– Тогда зачем же?..
Кэт вкратце изложила обстоятельства, при которых была обнаружена туфля.
– Возможно, убитый – француз.
– Mon Dieu![7] – ахнула мадам де Борд, и ее рука взлетела к груди. – Как же нас здесь ненавидят! Будь их воля, перерезали бы нас всех в собственных постелях!
– Уверена, в Уайтхолле вам ничего подобного не грозит, – заверила ее Кэт.
– И где же она? – Мадам де Борд сморщила нос. – Я про туфлю покойника.
– В передней, в кармане моего плаща.
– Тогда покажете мне ее позже, когда будете уходить.
– Есть еще один предмет.
Кэт нащупала в кармане кошелек, найденный Марвудом в комнате Айрдейла.
Мадам де Борд уставилась на эту вещь во все глаза:
– Кошелек нашли вместе с туфлей?
– Нет, совсем в другом месте. Что скажете?
– Разумеется, кошелек женский. – Мадам де Борд взяла кошелек, покрутила его в руках, а затем вывернула наизнанку. – Прелестная вещица! Очень изящные швы. Где его обнаружили?
– Мужчина прятал кошелек у себя в спальне.
– Француз?
– Нет, англичанин. Человек простой, но… – Кэт понизила голос, – может статься, он имеет отношение к убийству.
– Моя несчастная покойная госпожа герцогиня Орлеанская год или два назад дарила такие кошельки своим фрейлинам. Не уверена, что это один из них, однако сходство налицо. Материалы. Швы. Узор в уголках.
– Могла ли одна из фрейлин герцогини привезти кошелек с собой в Англию, когда его величество предложил придворным дамам сестры перейти на службу к нашей королеве?
– Вполне возможно. Почти все они уехали вместе с королевой. – Мадам де Борд заглянула через окно в гостиную. – Но одна осталась в Лондоне. Вон она, разговаривает с нашим послом. Мадемуазель де Керуаль.
Месье Кольбер наклонился к ней ближе:
– Теперь, когда вы снова в добром здравии, мадемуазель, времени терять нельзя. – Голос у посла был мягкий, текучий, и он вливался в уши Луизы, будто оливковое масло. – По правилам, если вы не сопровождаете королеву, у вас нет никаких поводов для поездки в Саффолк. Однако я обсуждал этот вопрос с лордом Арлингтоном и полагаю, что мы нашли для вас идеальный предлог. Мы…
– Та дама на террасе кажется мне знакомой, – перебила Луиза, отчаянно искавшая повод хотя бы ненадолго отложить этот разговор. – Она беседует с мадам де Борд.
Посол нахмурился:
– В голубом платье? Я не знаю ее.
