– Я в курсе, – сказал Педро. – Юноша, а вот в курсе ли ваш дедушка, что вы сейчас находитесь здесь, на Острове Дронов? А? Отвечайте!
Грабитель испуганно посмотрел, сначала на Педро, затем на Алекса, затем снова на Педро и забормотал:
– Это не я! Я не хотел, он сам упал! Это не я! – и неожиданно заревел противным басом ребёнка-переростка.
– Так, суду всё ясно, – сказал Педро, брезгливо морщась. – Дрона сдать на Парковке рейнджерам и явиться с докладом о своих делах к деду. Вечером я справлюсь у него о вашей судьбе. Идите, и не вздумайте хитрить!
Он резко отвернулся от горе-грабителя и быстро направился в сторону Третьего Бастиона. Алекс кинулся его догонять. Настроение было препоганое.
Через пять минут молчаливого бега, когда вдалеке показались, наконец, величественные развалины самой грандиозной на Острове крепости, Педро задумчиво произнёс:
– Так-то вот, дорогой Алехандро, у каждого из нас есть свой скелет в платяном шкафу, – и добавил непонятно вполголоса: – Вино переходит в уксус, Мюнхгаузен в Феофила, а Кибер в киберёныша...
И прибавил ходу. Алекс поспешая за ним, медленно переваривал в голове только что происшедшее событие. Вырисовывающаяся от этого переваривания картина, не доставляла ему удовольствия.
На позиции перед Третьим Бастионом они влетели плотным строем и слаженным аллюром. Это место на Острове славилось своими крысиными боями – здесь было много крыс, и островитяне использовали этот факт для оттачивания своего боевого мастерства. Как всегда там кипела битва – пятёрка отважных дроннеров героически отбивалась от двух, разъярённых до последней степени озверения рыжих крыс, приличного размера. Вокруг ристалища в беспорядке валялось пара растерзанных дронов и ползала, волоча задние лапы и яростно плюясь кровью, одна небольшая, серьёзно раненая крыса. Под тяжелыми снеговыми тучами, испускающими мрачный тусклый свет, под изогнутыми, словно изломанными заснеженными деревьями, у стен древних зловещих развалин разворачивалось страшное представление в стиле анатомического театра Средних Веков. Не всем хватало мужества досмотреть это представление до смертельного конца.
Алекс предполагал, что они пробегут мимо, не встревая в межвидовые разборки, ибо не принято на Острове мешать другим совершать свои личные глупости. Но тут обе крысы разом кинулись на одного не совсем ловкого дроннера, и тот, испустив пронзительный, душераздирающий вопль, рухнул на грязную, истоптанную многочисленными живыми и механическими лапами, поверхность импровизированной арены. Никто из крысобоев уже не успевал ему помочь – ещё секунда, и быть ему растерзанному этими мерзкими тварями.
Педро зло сплюнул, выхватил саблю и в длинном, стелющемся броске, всадил её по самую рукоять в сердце ближайшей к нему бестии. И резво отскочил в сторону, оставив своё оружие торчать из смертельной раны. Подхватил валяющуюся на земле погнутую пику и, присев, занял позицию ожидания нападения. Алекс даже не размышлял. В свою очередь он атаковал оставшуюся тварь и так же, как и прежде, оставив в её брюхе свой левый меч, принял позицию обороны с правым, мимоходом подумав: «Два меча это вам не одна сабля».
Крестница Педро сдохла почти мгновенно, а Алексова довольно долго ползала, оглашая окрестности леденящими душу верещаниями. Но, наконец, Костлявая взяла своё, и она смолкла. Пока друзья вынимали из туш свои окровавленные клинки, уцелевшие охотники на крыс, дружно добили подранка и теперь шумно обменивались впечатлениями от грандиозного побоища. Они попытались выразить благодарность нежданным спасителям, но те, отмахнувшись от дифирамбов, и дружно устремились к недалёкому ручью Гремучая Змея, смывать с себя кровавые свидетельства героической победы.
– Время, Алекс, время. Темп, темп.
Они выскочили позади таверны «Боржч», обошли её и остановились недалеко от входа. Педро внимательно осмотрел окрестности и, указав на отдалённую фигурку крупного дрона типа «Мул», стоящую по колено в мутных водах ручья Белый, сказал:
– Успели. Они ещё не подходили к таверне.
– Почему это ты так решил? – недоверчиво спросил Алекс.
– Вы же видите, он моется. Он не был на Острове больше двух лет, и не знает, что в «Боржче» появились замечательные душевые, которыми мы непременно воспользуемся, прежде чем посетим столь великолепное и легендарное заведение. Идём.
Они смыли с себя грязь дороги и остатки бурых брызг и, обсохнув под горячими струями воздуха, в приподнятом настроении прошли вовнутрь знаменитой таверны сталкеров. Главный зал как всегда сиял великолепием и чистотой. Одну из сторон его занимала стена с многочисленными дисплеями, на которых бесконечно крутились музыкальные и новостные программы, биржевые сводки и сводки Островной погоды, чаты и доски объявлений. Другая сторона принадлежала диск-жокею, который на данный момент отсутствовал. И его аппаратуре. Все посадочные и стоячие места были заняты. На площадке для танцев и то толпился народ. Лишь в углу за любимым столиком Педро, сидели два крупных боевых дрона типа «бизон», а остальные места были свободны.
