— Не знаю, что сказала тебе Тина, но детей она хотела. И поверь мне, я знаю, о чём говорю. Тогда, тридцать семь лет назад, когда… когда Тина умерла, она была на шестом месяце беременности. И я прекрасно об этом знал. Я готовился к этому. Ждал этого. Она хотела этого ребёнка точно так же, как хотел его я. Так что считай, что тебе даже повезло, что ты узнал об этом уже после выкидыша, а не до него. Даже тебе я не пожелаю пережить того, что пережил тогда сам. И… если бы я знал, что она была беременна, я бы… я бы ни за что это всё не устроил. Я не так жесток, поверь мне.
— Как же ты тогда смог поверить в то, что она… не испытывает к тебе никаких чувств? — дипломатично обойдя глагол «любить», задал он резонный вопрос.
— Сам не понимаю… — ответил я его же словами, а потом усмехнулся: — Но я совсем не отрицаю того очевидного факта, что я такой же беспросветный идиот, как и ты, Северус.
— Пожалуй, я сочту твои слова за комплимент, Том, — достойно отразил мою колкость Снейп, и я широко улыбнулся в ответ.
Этот парень всё больше и больше мне нравился несмотря на то, что фактически у нас была одна жена на двоих, что в корне не устраивало ни меня, ни его.
— Как же ты всё-таки умудрился заставить её выйти за тебя? — снова полюбопытствовал я, поскольку сейчас тон нашей беседы был весьма непринуждённым, и я не сомневался, что получу ответ на свой вопрос.
— Я не заставлял её, — тихо вздохнул он, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди. — Я просто сделал ей предложение, а она согласилась.
— Вот так сразу взяла и согласилась? — полным недоверия тоном уточнил я, прекрасно понимая, что Тина — это далеко не тот человек, который легко согласится пойти под венец. Со мной она согласилась пойти туда только от искреннего желания насолить, и только.
— Нет, не сразу, — усмехнулся Снейп, догадавшись о причине моего недоверия. — Она думала почти месяц.
— То есть ты, прекрасно зная, что у тебя в запасе было не больше трёх месяцев, дал ей треть этого срока на раздумья?
— Да, — просто ответил он, пристально посмотрев мне в глаза. — Зато она обвенчалась со мной по любви и осознанно. Это стоило такого долгого ожидания.
— Северус, ты же взрослый мальчик и прекрасно понимаешь, что «Тина» и «осознанно» — это слова-антонимы?.. — так же пристально посмотрев ему в глаза, задал я риторический вопрос, и на этот раз широкая улыбка заиграла уже на лице моего «соперника».
— Да, это точно, — рассмеялся он в ответ, опять переведя взгляд на Тину.
После этих слов в воздухе повисла неловкая пауза. Мне было больше нечего сказать ему, а Снейп не считал нужным самому начинать новый разговор. Я вдруг почувствовал, что сейчас он хотел остаться наедине с Тиной, точно так же как этого хотел я прошлой ночью. И в моей заново рождённой душе даже проснулось… благородство.
— Слушай… — начал говорить я, и Снейп внимательно посмотрел на меня. — Если честно, я бы отдохнул ещё немного, голова уже почти не соображает, а впереди очень много работы. Посидишь пока здесь, хорошо? И если что…
— …я сразу же разбужу тебя, — закончил он, и я довольно улыбнулся в ответ.
В этот раз я засыпал с гораздо меньшей тяжестью на душе, ведь с Тиной сейчас находился тот, кому я мог доверить самое драгоценное, что вообще у меня когда-либо было. В конце концов, он же почти что полгода оберегал её, причём весьма успешно. И оберегал бы и дальше, если бы не вмешался я…
***
Тринадцатое мая, два сорок три ночи. Ровно два месяца назад Тина, стоя у алтаря в церкви, официально стала моей женой. А теперь я держал в ладони её ослабшую, почти обескровленную, бледную и холодную руку, и с ужасом смотрел, как бездушная машина нагнетала воздух в её грудь, поскольку, по словам Тома, самостоятельно Тина дышать просто не могла.
Том… три месяца я готовился к тому, чтобы убить его, а теперь был готов выполнить любой его приказ, только бы Тина выжила. Три месяца назад я даже представить не мог, что когда-нибудь мы окажемся с ним в одной лодке. Я даже представить себе не мог, что когда-нибудь буду полностью понимать этого человека, почти уничтожившего магический мир, убившего мою первую любовь. Но теперь я понимал его. Абсолютно. До конца.
Когда Тина произнесла те слова в поместье Малфоев… когда Беллатриса неожиданно кинула в Тину нож… когда я узнал, что Тина потеряла ребёнка… нашего с ней ребёнка. Я пережил весь тот кошмар, что пережил Том тридцать семь лет назад. Сколько же у нас теперь было общего… даже группа крови и то одна и та же. И одна жена на двоих. Но сейчас я не собирался делить её с ним. Том отчаянно спасал её, всё же признавая, что она моя официальная супруга. А я отчаянно помогал ему, прекрасно понимая, что в случае успеха Тина оставит меня ради него. Я не собирался удерживать её. Одно лишь слово — и я отпущу её, как и обещал в самом начале наших отношений. Но даже несмотря на то, что это слово буквально убьёт меня, я так отчаянно хотел его услышать! Я так отчаянно хотел ещё раз услышать голос своей жены…
