— Да, я помню, — коротко ответил я, а вот моя улыбка исчезла без следа, потому что просто так Тина ни за что не стала бы говорить про умершего пациента.
— Ты не хочешь сводить своих бездельников в морг? Я вот думаю, что свожу своих, случай очень интересный, на моей памяти таких не было. Генри тоже видел подобное несколько раз за всю свою долгую карьеру… — только подумав о секционной комнате и анатомичке, где проводились вскрытия, я невольно поморщился, и эта моя эмоция не ускользнула от внимательного взгляда Тины. — Что-то не так?
— Нет, всё в порядке, — сразу поправился я, правдоподобно изобразив безразличие. — Но думаю, если я приведу в морг ещё и своих бездельников, то там совсем не останется места…
— Брось, у меня всего четыре ординатора, и твоих два, места точно всем хватит, секционный зал довольно просторный, — возразила Тина, продолжая пристально вглядываться в моё лицо. — Кёртис, кстати говоря, спрашивал меня сегодня с утра, почему ты брезгуешь его отделением и так редко там появляешься, намного реже своего друга… и я, честно говоря, даже и не знала, что ему ответить…
— Я не брезгую отделением профессора Кёртиса, — ровно проговорил я, старательно следя за тем, чтобы моя интонация никак не выдала моих настоящих мыслей. — Я просто… Дэнни это всё нравится намного больше меня, так что…
— Постой-ка… — в это мгновение на лице Тины отразилось озарение, что мне даже стало страшно, поскольку моя невероятно умная жена с лёгкостью могла догадаться, что к чему. — Кёртис вскользь сказал, что Дэнни был у него вчера, но вчера должны были вскрывать твоего пациента, Эдвардса…
— Тина… — выдохнул я, уже смирившись с неизбежностью разоблачения, но она не дала мне договорить.
— Подожди, неужели ты действительно брезгуешь анатомичкой? Или у тебя какие-то личные притирки с Итаном? У него, конечно, характер не подарок, да и у тебя тоже, так что поверить в это нетрудно, но игнорирование — это не самый лучший способ решения конфликтов…
— Тина, у меня нет никаких конфликтов с профессором Кёртисом, — как же мне хотелось сбежать куда-нибудь от пристального взгляда Тины, потому как она была так близка к разгадке, но она, словно догадавшись о моих мыслях, обеими руками оперлась на подлокотники своего кресла, перекрывая мне тем самым путь к отступлению, а затем наклонилась вперёд и требовательно посмотрела прямо мне в глаза.
