Я и сам не отдавал себе отчёта зачем говорю эти слова. Последняя часть этой речи вообще больше смахивала на уговоры, чем на стандартное планирование будущего. Но зачем мне это на самом деле? Я не знал. Возможно, просто обычная попытка привнести немного порядка в разразившийся хаос. Общее нежелание видеть вселенскую тоску в этих больших глазах, полных непролитых слез. Мне хотелось думать именно так.
Девушка медленно поправила волосы. Недоуменно взглянула на длинные пряды с явно проступившей сединой и тут же отдернула руки. Подняв глаза взглянула прямо на меня.
— Красиво. Так никто сейчас не говорит. Кроме разве что аристократов. Вы снова обращаетесь ко мне на «вы». Неужели я настолько сильно изменилась? Старухой стала, да? — Ее губы исказила грустная, слегка вымученная улыбка. Но в ней не было насмешки, только простая констатация факта. И в моей душе поднялась буря протеста и ненависти, к тем, кто сделал это с ней. — Знаете профессор, возвращаясь к вопросу о моем будущем… У меня не было времени изменить моим предпочтениям. Но если вам кажется, что инцидент с проклятием мог как-то повлиять на мое отношение к вашему предмету, то это не так. Скорее наоборот. И если вы дадите мне шанс принять участие в приготовлении зелий под вашим руководством, это будет честью для меня. Хочу помогать вам. И я очень благодарна вам за то, что дали мне такую возможность жить.
Она неуверенно положила свою тонкую ручку, на мои сцепленные ладони. В ее глазах светился страх пополам с тоской и благодарностью, которую часто можно увидеть во взгляде побитой жизнью собаки, которую подобрали и приютили. И что самое отвратительное, Элиз сразу же поверила мне. Без раздумий. За то время, что она говорила, я уже несколько раз успел раскритиковать себя за свои слова и официальный тон. Она же бог знает, что о себе подумала, после того как я столь резко перешел на «вы». Сам же первый начал ей тыкать… И я никогда не брал себе помощников. Мне они были попусту не нужны. С любой задачей было привычней и надёжней справляться самому, чем делить обязанности с кем-то ещё, а потом быть ответственным ещё и за его ошибки. Но этот крошечный жест помог воздвигнуть дамбу на пути волны внутреннего негодования. Она нуждалась сейчас именно во мне. Не в талантливом зельеваре, как Дамблдор. Ни в палочке-выручалочке на крайний случай, как Люциус. А именно во мне, Северусе Снейпе. В груди зародилось какое-то новое чувство. Незнакомое, но достаточно приятное. Впервые мне выдалась возможность примерить на себя роль настоящего защитника. Не такого, как в случае с Поттером, нет. Эта хрупкая девчушка смотрела на меня как на героя. Роль, которая всегда была мне чужда, но в то же время, столь заманчива. И я не смог устоять.
Накрыв практически невесомую ладонь девушки своей, легонько пожал ее.
— Рад, что ты так относишься к этому. Так нам всем будет значительно проще. И не нужно накручивать себя на счет внешности. Для людей в стазисе время практически остановлено. За эти годы ты постарела разве что на десять-двадцать минут. Тебе все еще шестнадцать. Извини за эту нарочитость, не только для тебя все это стало неожиданностью. А о будущем не стоит переживать. Все образуется.
Я сам не верил в то, что говорил. Слишком многие тайны шипели на ухо из глубин сознания, о том, что эти слова не более чем пустая и глупая мечта. Но нам обоим нужна была вера хотя бы в маленькую искорку света. Света, что давала надежда.
***
Как же это странно. Ты вдруг теряешь сознание проваливаясь в бесконечный кошмар целиком состоящий из твоих страхов. И каждый раз они подбираются к тебе все ближе и ближе, грозя в любую минуту уцепиться в глотку. Самое худшее — ты считаешь, что они реальны, а значит в любой момент могут тебя убить. Но потом, раз — и долгожданное пробуждение. Как вспышка света перед глазами, что привыкли к кромешной тьме. Она настолько ошеломительная, что ты в первое время даже не можешь поверить в то, что твоя кошмарная реальность на самом деле не что иное как дурной сон. Но ты уже не в своей привычной школьной спальне, и даже не в постылом доме. Нет, вокруг все иное, незнакомое. Пускай так, выяснить где находишься не такая уж большая проблема. Однако оказывается, что ты и во времени заплутала. На десять лет.
Я лежала и просто созерцала потолок. Незнакомый потолок. Потолок в личных комнатах профессора Снейпа. Того самого нелюдимого и вечно огрызающегося щуплого молодого человека, которого ненавидели все мои одноклассники, считая высокомерным мерзавцем. Но и уважали одновременно за глубокое знание предмета.
