Опираясь на руку профессора похромала вперёд. Скоро стало понятно что мы находились в месте к созданию которого явно приложили руку разумные существа. Первое, что высветил наш огонек кроме пола была огромная витая колона терявшаяся где-то вверху. Рядом же проявилась стена кое-где всё ещё украшенная лепниной и все теми же внутрекаменными узорами. Правда в некоторых местах его сменяли бесподобные картины с восхитительной детализацией, отражавшие ключевые события в истории неких крылатых существует. Их смысл ускользал из-за того, что в некоторых местах дивные произведения неизвестных мастеров были разрушены змеящимися трещинами. Где-то в монолитной с виду стене не хватало целых участков камня. Он валялся тут же под ногами, а сквозь дыры виднелись корни растений. Да и наклон пола явно не задумывался изначально. Наверное, мы оказались в древнем сооружении пострадавшем в результате землетрясения. Так подумала не только я, потому что профессор сказал:
— Не шуми и смотри куда ступаешь. Похоже здесь есть риск обрушения.
Дальше мы молча шли вперёд. Сквозь пустые заброшенные залы. Целые анфилады помещений. Многие коридоры и ответвления, что встречались нам на пути были завалены. А однажды пришлось возвращаться из-за того, что выбранный нами тоннель прерывался трещиной-обрывом на дне которой шумела река. С каждым пройденным шагом я чувствовала, что усталость потихоньку начинает брать верх над моей решимостью двигаться вперёд. К тому же начали ныть раны и ушибы, а картинка перед глазами все чаще стала идти кругом. Беспокойства добавляли и ребра. Боль при каждом даже самом маленьком движении не давала сосредоточиться на продвижении вперед. Борьба с ней отбирала последние силы. Неожиданно проснувшийся зверский город терзал живот и подтачивал решимость.
— Передохнем здесь. Иначе нас завалит из-за рева твоего желудка. — Не выдержал профессор после очередного возмущённо соло упомянутого органа. Наконец пришел звездный час захваченных бутербродов. А с учётом того, что позавтракать из-за раннего выхода я так и не смогла, то они стали как нельзя кстати. Вот только глотать было невыносимо больно, до слез. Снейп молча сжевал несколько предложенных бутербродов, а затем скомандовал подвинуться поближе.
— Если приложить мазь от синяков с каплей собранной нами травы, тебе значительно полегчает. Думаю ты даже сможешь говорить. Но это средство помогает только на некоторое время, так что обсудим все быстро.
Он в несколько движений ветер означенную мазь в мое пострадавшее горло, которое уже успело распухнуть. Даже поворачивать и наклонять голову было невыносимо. Так вот чем он занимался все то время пока я усиленно пыталась впихнуть в себя побольше еды! Мне даже стало неловко. Но только на минуту. Все же я пострадала именно из-за того, что пошла сегодня с ним, так что мое лечение полностью его ответственность.
— Профессор Снейп, где мы? — Жутко охрипшим голосом, едва слышно спросила я. Мазь действительно оказала чудодейственный эффект практически мгновенно.
Мужчина сразу закаменел лицом, и я поняла, что ответ меня не порадует.
— Я предполагаю… Что это заброшенный холм Фейри.
— Эм, и что? Они же покинули наш мир? — Я все ещё не понимала причину его обеспокоенности. Внезапная мысль поразила меня и я поспешила озвучить ее. — Или вы хотите сказать, что в этом месте они все ещё есть?
Если это действительно так, то у нас очень большие проблемы. Спастись от Фейри будет задачкой посложнее чем от черного мага и всех единорогов Британии вместе взятых.
— Нет, то что они покинули наш мир, действенно для всех его планов и подпространств. — Медленно проговорил мой учитель. — Вот только их наследие всё ещё живо. Холмы фей испокон веков создавались на местах силы. И с каждым годом Фейри вплетали в структуру своего дома все больше и больше сильных чар. Все дошло до того что само пространство и время были искажены а таких местах. А обитатели и гости под их влиянием начали меняться.
— В смысле?
— Что ты знаешь о феях? — Ответил он вопросом на вопрос.
На эту тему я знала прискорбно мало, но попыталась наскрести что-то для удобоваримого ответа.
— Они бывают разных видов и размеров. Каждый из них покровительствует какой-то определенной силе природы. Они были признаны условноразумными существами на равные с кентаврами и домовыми эльфами.
— Н-да, не густо. Но ты никогда особенно не отличалась любовью к истории магии. Хотя это и не удивительно при нашем уровне преподавания этого предмета. — При этих словах мне стало одновременно и стыдно и любопытно. Неужели профессор узнавал о моих успехах в других областях? Поймав мой вопросительный взгляд, он только демонстративно нахмурился. — Ты моя личная ученица. Неужели ты думаешь, что я не удосужусь узнать о твоих общих результатах?
Учитывая, что ради этого пришлось бы поднимать школьные архивы за десять лет, то нет, не думала. Особенно учитывая то, что в Хогвартсе вся документация все ещё ведётся в бумажном виде.
