— Эм, стоит ли воспринимать вещи столь буквально всего лишь из-за люминесцентности? В пещере было тоже самое. — Спросила я поднимаясь на ноги вслед за магом. Только в этот момент я вспомнила о своих ребрах, которые не болели. Как и горло. Вообще странно. Неужели Снейп что-то сотворил, когда я отключилась?
— Не путай природу растений и этого места. Взгляни себе под ноги ещё вчера этого мха здесь не было.
Вот теперь мне стало не по себе. Нет для меня отросшая за ночь кость это не новость, но это вполне объяснимый результат, который является следствием определенной последовательности действий со стороны волшебника. Но когда растения вырастают просто так ещё и на такой площади, да в придачу начинают светиться. Это может неприятно удивить.
Съев последние бутерброды и распив фляжку воды до дна, мы снова приступили к поиску выхода. Может конечно и стоило растянуть провизию на дольше, но ее и так было мало. После нескольких часов блужданий, Снейп неожиданно спросил у меня:
— Почему из всех предметов тебе больше всего нравилось зельеварение?
Я автоматически переберая ногами не сразу поняла, что этот вопрос прозвучал вслух. Это место стало меня угнетать все больше.
— Ну, на первых курсах я им интересовалась не особо. Мне казалось, что я смогу прожить и с основами. Но потом… Потом вернулся отец. Когда я была занята учебой он меня особо не трогал. Для него учение — это своеобразный культ. Однако поскольку дома палочку он у меня всегда забирал, мне оставалась только теория и… зелья. Со временем втягивалась все больше и это занятие стало для меня своеобразным утешением что-ли. Островком спокойствия.
А ещё мне очень нравился молодой преподаватель, глаза которого начинали гореть бешеным энтузиазмом при одном только упоминании своего любимого дела. Но этого я конечно не сказала.
— Я долго размышлял о том, как нам быть дальше. Ты не можешь все время отсиживаться в моих комнатах. Даже если ты так любишь мой предмет, тебе рано или поздно тебе станет скучно.
От этих тягучих слов и вкратчивого баритона у меня буквально сердце ушло в пятки. Неужели он решил избавиться от такой обузы как я?
— Но раньше вы говорили, что я смогу вам ассистировать…
— Ты сможешь. Но только после того как официально сменишь фамилию и закончишь седьмой курс. То что тебя записали в документах школы под девичьей фамилией моей матери и я согласился принять тебя в свой род, не отменят того факта, что юридически ты все еще Долохов.
— И как же мне быть? — Несколько потерянно уточнила я.
— Несколько я помню, твой день рождения и по совместительству совершеннолетия наступит через несколько недель?
— Да, двадцать пятого марта.
— В таком случае, тебе придется принять взрослое решение и определиться. Если останешься Долохов, то вполне сможешь вернуться к чарам, стать полноправной волшебницей, посвятить себя чему-то еще. Но если останешься Принц… Я пойму, что могу рассчитывать на тебя в дальнейшем. Но только при условии, что ты принесешь мне непреложный обет, что полностью разорвешь все родственные связи с Антоном Долоховым. Официально мы вполне успеем оформить дело об опеке до двадцать пятого марта. Ты возьмёшь новую фамилию. И даже после совершеннолетия я все ещё буду твоим покровителем. И смогу обеспечить тебе защиту.
— Зачем вам взваливать на себя ещё больше проблем? И что произошло такого, что вы вдруг передумали? До этого момента вы же не планировали заходить так далеко, я права? — Я резко развернулась и встала у него на пути, стараясь разглядеть лицо. Волны медленно гасли, нагоняя все новые и новые тени на резковатые черты моего собеседника. — Это свяжет нас ещё и юридически. Не проще ли договориться с кем-то другим, кто просто даст мне свое имя?
— Не проще. Твой отец конечно на пожизненном сроке, но всякое может произойти. Я свое слово назад не возьму, а как поступит другой человек, неизвестно. Но решать тебе. А причины моих поступков я оставлю при себе.
Ну, вот и в результате решать мне. Как благородно!
— Если это действительно вас не затруднит, то почту за честь носить вашу фамилию и войти в ваш род. — Это прозвучало несколько куртуазно, но в древние времена были иные правила сложения ритуальных фраз. Ответ я дала быстро, раздумывать тут было особо не над чем. И как ни крути, профессор был прав. В придачу ещё и проснулся подсознательный страх, что тот проклятийник из прошлого снова найдет меня. Возможно смена фамилии как-то оградит меня от этого.
Но что же так резко повлияло на настроения профессора? Еще совсем недавно он делал все возможное для того, чтобы избегать меня.
— Да будет так. — Последовал скупой формальный ответ.
Снова воцарилась тишина, но в этот раз она продлилась недолго.
— А почему тот человек прошел в сосредоточие магии и даже позволил себе охотиться на животных? Почему элементаль-хранитель не остановил его?
Снейп поморщился как от зубной боли.
