Лич еще раз скрежетнул зубами Елисея, символизируя оным радостный смех. Конечно же мог. Просто не захотел. Чем-то ему Ави мешает. Уже власть решили делить над нашим предприятием за моей спиной? Видимо да. Лич сохранил, пожалуй, главную установку своего предыдущего, человеческого бытия — извлечение прибыли для себя любимого. И неважно что теперь оный «сам» — это почти два метра полуживой плоти и костей…
Но как он отлично нашел повод. И ведь не придерешься, маска же имеет для меня смысл!
Клацнув челюстями, я задумываюсь и над еще одним пунктом — а зачем, собственно, Ави понадобилась моя маска? Перевожу взгляд на него, чья энергетика постепенно успокаивается, как я ощущаю своей ладонью, лежащей на его плече.
— Ави, зачем тебе понадобилась моя маска. — Ровно замечаю я, не прибегая к вопросительной форме.
— Я… хотел рассмотреть её. — Внезапно выпаливает он.
Смотрю на него, кажется, от удивления мои глаза готовы вылезти из орбит.
— Что?
Ави, чуть качнувшись, видимо, боль, которую он испытывает достаточно сильна, что логично, дергает бровью.
— Все же это шедевр магического искусства, как я понял. Ты ей долго не пользовался и я подумал, что могу рассмотреть поближе. Возможно, Клану…
— Ясно. — Резко обрываю его я, сбрасывая руку с его плеча. — Иди, вставай, пусть тебя вылечат, перевяжут и все такое. И маску мою больше не трогай. Она только моя, и Клану она не достанется. Вперёд! Помогите ему кто-нибудь!
Тяжело облокотившись на трость, подвожу итог конфликту.
— А ты, личара, слушай сюда. Я прекрасно понимаю, что ты лишь воспользовался той установкой ради своих целей, чтобы устранить конкурента на управление нашей фирмой. Так что… еще раз замечу на чем-нибудь таком — убью к Архонту, без сомнений. Предъявлю тебе счет вот за этот вред, который, между прочим, подшефные тебе ребята нанесли. — Резко касаюсь ладонью изуродованного лица. — Дошло?
Лич лишь снова скрежетнул зубами и кивнул.
— Вот и отлично! И марш искать своего подельника, с которыми «Детей Света» мутил, ага? Чтобы мы потом их всех, разом накрыли, ферштейн?
Лич опять кивает, и медленно разворачивается, чтобы покинуть помещение. Вот зараза, а!
С Ави же все понятно. Я считал все его эмоции, ведь он был на грани смерти, абсолютно открыт, а рука моя покоилась на его плоти. Так что… я даже не буду касаться этой темы. Фанатизм какой-то. Как будто все принадлежащее мне имеет некий сакральный смысл, которым можно усилить себя и Клан. Он что, решил найти способ наделать двадцать или пятьдесят, или еще сколько таких «произведений магического искусства», и раздать их всем нашим людям? Чтобы, вроде как, защитные артефакты «высшего порядка» были? Да к тому же, такие как у меня?
Вот идиот.
Выдохнув сквозь куски губ воздух, задумчиво обращаюсь к потолку:
— И вот как тут не курить, а? — Уловив смешок за спиной, быстро добавляю. — Алуайа, молчать!
Опустив руку в карман, извлекая оттуда новую пачку сигарет, разглядывая бойцов мародерского фронта, застывших позади.
— А вы давайте, ящички разгружайте, не толпитесь…
Мне же, пожалуй, надо взять маску и пойти в свои апартаменты. Помедитировать над ней и подумать над жизнью. Очень надо, на самом деле. Надеюсь за те несколько часов, что понадобятся на это — эти странноватые личности не натворят чего-то сверх произошедшего. Хотя надеяться на это, судя по всему, глупо…
Время медленно приближалось к пяти утра, когда я, наконец, вырвался из транса, в который был погружен последние несколько часов.
Лучше бы поспал, потому что это плохая замена нормальному отдыху мозга. Но, во-первых, я боялся неосознанно свалиться в очередную Тень. Во-вторых, хотел все же в глубокой внутренней медитации увидеть подсказки — что со мной творится, как жить дальше, и почему я не могу вылечить свой обезображенный облик.
Очевидных ответов я не нашел. Ну что может сказать изматывающая картинка стоящего вполоборота человека, медленно разворачивающегося ко мне лицом, и снимающего с лица маску. Мою маску? При этом внешность этого субъекта я никак не могу разглядеть, черты расплываются, истончаются, скрываясь в тенях. Только длинные волосы можно различить, опять же, неуловимого для восприятия цвета, сухими комьями укрывают плечи.
Непонятно. И таких вот картинок я увидел довольно много, единственное, что их роднило — это ощущение. Пустоты, темноты, горечи, одиночества. Все внутренние символы на это указывали. Но опять же — это обо мне или о ком-то другом? И вообще — к чему все это?
Нет, лучше бы просто поспал, действительно. Мой разум в полном смущении, как от увиденного, так и от того, что получил только суррогат отдыха.
Подобрав полы своего балахона, прямо в котором я и уселся в кресло еще вчера, медленно поднимаюсь на ноги, пытаясь размять ощутимо затекшие ноги. Где-то тут валялись мои сигареты и трость…
