Выпрямившись, я встала сзади, прижала ее к груди, обняв руками за плечи и не выпуская ее ладони. Люди-истребители тяжело переносили это заклятие, а значит, и Ти будет непросто.
Как раз на такой случай Эдмунд научил меня парочке незаметных заклятий. Одно за другим крошечные пятна света возникли из ниоткуда и, словно бабочки, начали кружить вокруг нас. Они были едва заметными, но этого оказалось достаточно, чтобы оградить наши лица от заклятия, позволяя дышать. Даже в своем мельчайшем проявлении свет был безопасностью.
Так мы и стояли в ожидании того, что нас спасут или найдут… Найдут те, кто прячется в сером тумане.
В полной тишине был слышен только звук нашего дыхания. До легких заклятие не добиралось, но эта полная оглушительная тишина могла свести с ума любого…
— Кольцо Катерины. Сложная штука.
Оставив Ти за спиной, я повернулась.
— Нейтан?
Огоньки вокруг нас разгорались все ярче, пока не стали похожи на пламя свеч. Экстермино, который когда-то был человеком, стоял за их границей и ближе подойти не мог.
— Что тебе нужно? С кем ты?
Для человека, который обратился всего несколько недель назад, выглядел он на удивление хорошо. Он стоял, непринужденно засунув руки в карманы, а шрамы его были гладкими и поблескивали, хотя цвет у них был ужасный. И даже одет он был опрятно: наглаженные брюки и рубашка, дорогой на вид вельветовый пиджак…
— Я здесь, чтобы поговорить с вами, миледи, и это единственная цель моего визита. Против присутствия вашего маленького друга я возражать не стану.
Его акцент стал менее явным, а произношение значительно улучшилось. Он так подчеркнуто изысканно мне поклонился, что это граничило с издевкой.
Как только он опустил взгляд на землю, я выпустила в него заклятие, но эффект был нулевой. Защитный щит, плотно прилегавший к его телу, без труда поглотил заклятие, и Нейтан снова выпрямился, усмехаясь.
— Ведите себя хорошо, герцогиня, мы ведь друзья.
— Мы не друзья и никогда ими не были.
Я отступила назад, проклиная куски глины, которые зачавкали у нас под ногами. Как жаль, что мы успели выбраться из грязи!
— С кем ты пришел? — снова спросила я.
— Я повторяю, я здесь один.
— Это неправда. Никто не может создать такое мощное заклятие в одиночку.
Я пыталась выиграть время, заговаривая его, пока нас найдут Атаны.
— А я вот могу, как и много всего другого. Кри-дом — прекрасный учитель.
Он пригладил волосы — его непослушные кудри были убраны назад, открывая лоб и шрамы, которые были скорее не чисто-серого, а странного синего цвета с металлическим отливом. Они были очень тонкими и, возможно, даже более изогнутыми, чем мои. Он был олицетворением всего, чего я не ожидала увидеть в обратившемся в Экстермино человеке, — здоровья, могущества, спокойствия, красоты.
— Так ты теперь его марионетка!
— Его протеже.
— Это такими сказками они убедили тебя стать Экстермино?
— Какая же ты категоричная, нужно от этого отучиться! Я осознанно согласился на обращение, полностью отдавая себе отчет во всех рисках и зная о манифесте Экстермино. Поэтому оставь свои проповеди для других.
Говоря это, он пытался посмотреть мне в глаза, но я упорно отводила взгляд.
— У Экстермино нет манифеста, они просто убивают людей. Ты сам видел это в Бриксеме! Ты видел, как они убили…
Я остановилась на полуслове, когда он запрокинул голову и начал смеяться, так широко раскрыв рот, что было видно его нёбо и волшебным образом выровнявшиеся зубы.
— Конечно, видел. Это было сделано специально для меня.
— О чем ты?
— Это было испытание. Кри-дом хотел посмотреть, справлюсь ли я со смертью, а еще проверить, настолько ли я верен ему, что буду готов навязать тебе чувство вины за происшедшее.
Ти издала звук, который был похож скорее на крик животного, чем человека. Я убрала руку за спину, чтобы взять ее за руку.
— Ты хочешь сказать… что уже тогда был в союзе с ними? — Я уставилась в землю в поисках ответа и вдруг поняла. — Исландия?
Он кивнул и захлопал в ладоши.
— Молодец, хотя могла бы догадаться и быстрее. Я согласился стать Экстермино, когда был там… и поэтому я сейчас здесь. Я пришел, чтобы рассказать тебе, почему решился на это.
Я нетерпеливо махнула рукой, чтобы он продолжал.
Он проделал весь этот путь, из самой Исландии, чтобы рассказать мне об этом?
Я не знала, стоит ли успокоиться или необходимо сопротивляться ощущению мнимой безопасности, в которое он меня понемногу заманивает.
— Говори, зачем пришел, и уходи, Нейтан.
— Я решился, потому что у Экстермино на самом деле есть манифест, хороший манифест…
Я презрительно усмехнулась.
— И манифест, и план действий, которые могут помочь таким, как ты, Отэмн. Они могут помочь изменить отношения с людьми, чтобы такие, как ты, не становились объектом ненависти и дискриминации со стороны людей вроде Валери Дэнверс и ее.
Он указал на Ти.
— Мы с Ти друзья, она никогда не делала ничего, что…
— Я ценю твою веру в судьбу и пророчество, которые все решат, но то, что произойдет, противоестественно. Ты не должна страдать так, как тебе предстоит. Той же цели можно достичь и другими способами.
