Владислав задремал прямо, сидя за своим столом и не заметил, как Антон Дмитриевич появился в его комнате. Ему снилась Вера. Как они втроём, вместе с дочерью гуляют в очень знакомом ему месте, но в каком именно, Пе'трович разобрать не смог? Он шёл и что-то оживлённо рассказывал, а когда посмотрел в её сторону, то вместо матери своего ребёнка там оказалась Анжелика. Та самая Анжелика из Ленинграда, с которой он прогуливался и неоднократно, по набережной Невы. Он отшатнулся и стал пристально всматриваться в лицо девушки, стоявшей перед ним, и она медленно снова становилось Верой. Затем это повторилось снова, затем ещё и, когда в очередной раз вместо Веры перед ним появилась Анжелика, то он спросил: "Кто ты?". Девушка улыбнулась и в то же время начала изменяться в лице, превращаясь в чёрта... Пе'трович, весь дрожа от страха, открыл глаза.
- Что, кошмар приснился? - поинтересовался, сидевший сбоку от него Антон Дмитриевич.
- Вся моя жизнь, один большой кошмар, - вытирая со лба пот, проговорил Влади'слав.
- И как тебе не стыдно так говорить? - возразил профессор. - У тебя есть всё, о чём мечтают учёные, не имеющие пока мирового имени. Подчёркиваю, всё, и даже больше, а ты тут сопли разводить начинаешь. Да на твоём месте хотел бы оказаться любой начинающий гений, а ты? Нет, поблагодарить...
- Например, за что? За то что ты свёл меня со своей дочерью, которая, чисто случайно, оказалась, как уже два года, мертва? Или за то, что сегодня ты меня выставил полным идиотом в присутствие женщины, которую я до сих пор безумно люблю? За что, профессор? Ты теперь стал приходить, когда тебе заблагорассудиться, а мне?... Что прикажешь делать мне?
- Я же для тебя стараюсь... всё для тебя!
- Но, зачем было убивать Сергея?
- Я тебе уже говорил тысячу раз, мы никого не хотим убивать... у людей с нервишками, да сердечком совсем плохо стало, - улыбаясь, ответил профессор, словно ему доставляло удовольствие, видеть перед собой беззащитного и испуганного мужчину. - И, в конце концов, теперь Вера свободная женщина, а не этого ли ты хотел все эти годы? Мы, можно сказать, исполнили твою заветную мечту...
- Не таким образом я этого хотел... не таким!
- Ну, за это извини... чем могли - тем помогли...
- А я тебе ещё раз повторяю, когда мне понадобиться твоя или ваша помощь, я об этом сам попрошу.
- Хорошо, Влади'слав, хорошо...
- И не надо залезать ко мне в голову, особенно, когда я не один.
- Всё, всё... больше не буду! Успокоился? А теперь по делу... твоя докторская диссертация готова? - Антон Дмитриевич пристально посмотрел на Влади'слава, - пора бы защищаться?
- Дата уже назначена, - с неохотой, ответил Пе'трович, - середина ноября.
- Замечательно, просто замечательно! - воскликнул профессор. - Ещё год и пойдёшь на "Нобелевскую"...
- Какой ты быстрый? Сам же знаешь, что это не так просто сделать...
- Знаю, но в следующем году у тебя для того, чтобы стать, как минимум лауреатом премии, будут все шансы, мы об этом позаботимся, а ты пока, работай. После этих слов профессор, как, впрочем и всегда, растаял в воздухе, не оставив после себя никаких следов.
"Работать, - прошептал Пе'трович, - а я, по-вашему, чем занимаюсь? В куклы играю?".
Следующим утром Влади'слав чувствовал себя превосходно. Он был полон сил и энтузиазма. Мозг выбрасывал ему информацию, в виде, откуда не возьмись, появившихся новых мыслей и идей, которые просто не могли сами собой там оказаться. "Неужели, они и во сне предоставляют мне знания, о которых я вспоминаю, пробудившись", - подумал он и хотя такое уже было и раньше, именно сегодня в его голове хранилась информация, подтверждения которой он ещё не получал. Информация, содержащая координаты некоторых мест на планете, где находятся окна в другое измерение, но эти места были для обычных смертных.... А для него был особый путь перемещения в пространстве, точнее, в его отсутствии. Теперь Влади'слав понимал смысл слов Антона Дмитриевича, что касается скорости света, а так же того, каким образом он оказался в мире теней, при этом, находясь в трезвом уме? Он просто мысленно пересёк огромное пространство, разделяющее два независимых между собой, мира, за менее, чем одну тысячную долю секунды. Скорость мысли просто не может быть медленнее скорости света. Бесспорно, он был там! Но Пе'трович не помнил, чтобы в те мгновения он видел свои руки или ноги, то есть получается, что, оказавшись в другом измерении, у него отсутствовало физическое тело, и он сам выглядел как тень? Как мираж, как что-то бесформенное и неопределённое... душа? Мысль? Некая субстанция, состоящая только из энергии и сознания.
"Ах, мозг, на что же, ты способен на самом деле?".
