Так продолжалось ещё несколько лет, пока однажды Анжелика не вернулась, в установленный ею самой срок. Не появилась она и на следующий день и через неделю, и даже через месяц. Влади'слав не находил себе места - он рвал на себе волосы, он сходил с ума, но Анжелика всё равно не приходила. Не появлялся и Антон Дмитриевич, который должен был точно знать причину, по которой его дочери уже нет столько времени? Шли мучительные дни, а за ними недели. Проходили месяцы и в один прекрасный день, он понял, что больше всего на свете, ненавидит одиночество, это страшное чувство, когда ты не нужен даже собственной тени... никому в целом мире, во всём разнообразии, существующих миров и Вселенных! Никому!!!
"Как ни кому? У меня ведь ещё живы родители! Я уже столько лет не видел их.... А живы ли они, вообще? Необходимо добраться до города, нужно скорее выбираться отсюда".
Решение было принято в тот же самый миг: покинуть лес сегодня же.
"Здесь без неё мне тесно... я задыхаюсь от одиночества".
Он зашёл в дом, а вместе с ним, в тёплое натопленное помещение ворвался большой клуб пара. Мороз тогда стоял самый, что ни на есть, настоящий. Влади'слав стряхнул снег с валенок и только после этого снял их. Надо было переодеться во что-то более, подходящее для людей, которые будут очень внимательно изучать его после стольких лет разлуки, а это не много ни мало, целых десять лет жизни.
"За столько лет, я ни разу не покидал это место... я понятия не имею, в какую сторону идти и где я вообще нахожусь? И, почему раньше я не задавал себе этого вопроса? Ни себе, ни Анжелике, ни её отцу? Наверное, потому что мне было это совершенно не важно. А ведь они могли поселить меня, где угодно. В другой стране, на другом материке, в совершенно другой реальности, но я не узнаю об этом, пока буду оставаться здесь. Он одел джинсы, высокие остроносые полуботинки, куртку с лейблом "Аляска" и собрался уже было выйти из дома. Как вдруг, проходя мимо кухни, он услышал звук Да, без сомнения, это был реальный звук, а не галлюцинация. Пе'трович замер на месте, прислушиваясь к каждому шороху. Всё вокруг, на мгновение, перестало существовать, уступая дорогу, завораживающей слух, монотонной тишине. Казалось, что именно в ней и хранятся ответы на все существующие вопросы, и надо просто научиться её правильно слушать. Влади'слав не сомневался - в кухне кто-то был. Но, кто? Анжелика? Профессор? Или же, настало время, когда они пришли за ним? Пе'трович вернулся на два шага назад и заглянул в комнату уже более целенаправленно. И, действительно, за большим кухонным столом сидел Антон Дмитриевич и улыбался, как говорят, во все свои тридцать два зуба.
- Не прошло и полгода, - со злобой в голосе, проговорил Пе'трович, заходя внутрь, - и какими же судьбами?...
- Влади'слав, я ведь всегда рядом, - принялся было оправдываться профессор, но молодой человек, по всей видимости, просто не хотел ничего слышать.
- Не ври мне! - закричал он. - Если бы ты был рядом, ты бы услышал, как я нуждался в твоей помощи.
- Я не знал, как тебе помочь и что ответить?...
- А теперь знаешь?
- Теперь знаю, как знаю и то, что ты мне всё равно не поверишь, - при этих словах Антон Дмитриевич, как-то грустно посмотрел на Влади'слава. - Ты хочешь узнать правду? А ты готов к ней? Готов ли ты услышать её, не смотря на то, что она, крайне жестока?
Пе'трович молча кивнул, усаживаясь на противоположный от собеседника стул.
- Ну, что ж, если ты готов, тогда начнём с того...
Профессор сделал паузу, ещё раз с сожалением взглянув на Влади'слава и продолжил:
- Друг мой, скажу тебе прямо, что называется без прелюдий. Анжелики никогда не существовало, у меня никогда не было дочери... с самого начала, ты придумал её себе. И я в этом, ты уж прости, не виноват.... Тебе нужно было о ком-то заботиться, за кого-то переживать, кого-то любить и твоя фантазия сыграла с тобой злую шутку.
- То есть, ты хочешь сказать, что Анжелика ни одна из вас?
- Она - это лишь твоя фантазия и не более...
- То есть долговременная галлюцинация?
- Ну, назови это, как угодно, смысл не поменяется. Владислав, она не принадлежит ни к одному, существующему миру - она, это твоё воображение. Знаешь, как дети придумывают себе вымышленных друзей, чтобы им не было скучно? То же самое произошло и с тобой.
- Но ведь я уже далеко не ребёнок, - возразил Пе'трович.
- Это не важно... тебе было одиноко, тебе просто необходимо было чувствовать поддержку, видеть чью-то улыбку, в конце концов, просто с кем-нибудь разговаривать.
Гость встал из-за стола и подошёл к разрисованному морозными узорами окну.
