Окончательно доконало беглецов то, как этот заяц смотрел на стоящих перед ним людей. Такое впечатление, будто безжалостный хищник рассматривает возможную добычу и прикидывает, с которого из этих двуногих ему следует начать свой обед. Когда же зверь раскрыл рот и издал звук, напоминающий нечто среднее между шипением и мяуканьем, показав при этом самые настоящие клыки - вот тогда люди уже окончательно перестали что-либо понимать. Однако когда этот непонятный зверь чуть наклонил голову, выставив вперед свой острый рог, явно собираясь прыгнуть на одного из стоящих перед ним двуногих - вот тогда люди стряхнули с себя короткую растерянность, вызванную видом этого существа. Не говоря ни слова, мужчины выставили вперед свои мечи, и зверь сразу же понял, что здесь его не ждет ничего хорошего - как видно, этот так называемый заяц уже представлял, что его может ждать, если он сейчас попытается вцепиться в одного из стоящих перед ним людей. Разочарованный зверь несколько раз зло царапнул землю лапой с длинными когтями, затем еще раз издал все тот же непонятный звук, прижал к спине свои длинные уши, и вновь помчался большими скачками вслед за убежавшей антилопой.
- Это что за зверя мы с вами только что видели? - удивления в голосе дядюшки было ничуть не меньше, чем в голосе Абигейл. - Если это заяц, то я кхитайский император!
- Вообще-то его называют мирадж... - почесал в затылке брат Белтус. - И никакой это не заяц, а самый настоящий хищник, которого стоит опасаться. Надо же, не обманули старатели со своими рассказами! Я думал, заливают...
- И что старатели вам заливали насчет этого мираджа?
- Ну, не очень много... Говорят, мирадж - зверь плотоядный, траву не ест, но зато мясо наворачивает в невероятных количествах, а свиреп настолько... В общем, на глаза голодному мираджу даже волку лучше не показываться. Достаточно сказать, что этот желтохвостый охотится на добычу, в несколько раз превышающую его по размерам. Видели, как от него бедная антилопа удирала? Догадывается, что ее ждет, если этот милый зайчик в нее вцепится своими длинными клыками и острыми когтями. Кстати, знаете, как мирадж охотится? С размаху налетает на возможную жертву, наклонив вперед свою голову с острым рогом (а рог у него, скажу я вам, по остроте и крепости не уступает железному!), еще в прыжке распарывает этим рогом тело жертвы, и одновременно с этим наносит глубокие раны зубами и когтями... Как говорили старатели, этот милашка с коротким хвостиком оленю живот пропарывает насквозь, одним махом, причем, как говорится, от и до, и все кишки ему наружу выпускает. В общем, зрелище не для слабонервных.
- Я догадываюсь... - хмыкнул дядюшка.
- Вот-вот... Старатели этого ушастого опасаются не меньше, чем какого-нибудь крупного хищника. Ловкий, быстрый, свирепый, да и поймать его сложно...
- С ума сойти! - развел руками дядя Эдвард. - Я раньше и слыхом не слыхивал о таком звере! Даже вообразить не мог ничего подобного!
- Ну, не вы один.
- И я тоже о существовании такого зверя не имел ни малейшего представления... - кажется, брат Титус был раздосадован.
- Приятно услышать, что святая инквизиция кое-что не знает... - брат Белтус не удержался, чтоб не подколоть молодого послушника.
- Не страшно: вернусь - доложу! - брат Титус тряхнул головой. - И даже попытаюсь его нарисовать, хотя художник из меня еще тот... Ну и зайчик!
- Этот длинноухий лично мне чем-то очень напоминает святую инквизицию... - брат Белтус вновь не удержался от подковырки. - Снаружи светленькие, чистые и пушистые, но как зубы покажете, да рогом упретесь...
- Все, закрыли тему! - оборвал дядя Эдвард. - Сейчас не до воспоминаний о прошлом!
Андреас до сегодняшнего дня тоже ничего не знал о таком странном существе. Впрочем, справедливости ради надо сказать, что молодой послушник мало общался с теми, кто выходил из Запретных земель. Этими людьми, по их приходу в монастырь, занимались монахи, и именно они вносили в монастырские книги рассказы старателей о том, что те видели в Запретных землях. Правда, к подобным повествованиям следовало относиться с определенной долей скепсиса, потому как многие из вернувшихся едва ли не напропалую несли невесть какую чушь о собственной отваге, и о том, как они едва ли не в одиночку сражались с целыми сонмами чудовищ, из которых одно было страшней другого.
- Что же касается моего мнения... - продолжал дядя, все еще не в силах перебороть удивление. - Я скажу так: детское определение "трусишка зайка серенький" в нашем случае явно не подходит. Что ж, пошли дальше.
