— Вообще, — Ли покраснел, — он несколько лет торговал в Лютном. А сейчас открыл лавку в Косом, и в Хогсмиде тоже. Меня звали, но я остался у Уизли, здесь интереснее, — зачем-то добавил он.
Теодор попрощался с Джорданом кивком и зашагал обратно к каминам.
Лавка Джимми Киддела в Хогсмиде оказалась на первом этаже соседнего с трактиром мадам Розмерты здания, где до того располагалась цирюльня Эйдельмана. Судя по валявшейся в проулке афише цирюльни, Эйдельман, которого хвалил Блейз, бежал отсюда в спешке.
— Прошу прощения, могу видеть мистера Киддела? — обратился Тео к продавцу. Как ни удивительно, это была самая что ни наесть настоящая молодая русалка, чью кожу, кроме лица, обволакивали чары водного пузыря. В прошлом учебном году четверокурсник Акимбо, этнический японец, заколдовал в такую водную тюрьму свою сокурсницу Кадам — и если бы Пакстон не сказал вовремя об этом префектам, девочка бы не отделалась больничным крылом. Впрочем, этой русалке, кажется, было вполне комфортно.
— Вам повезло, — мелодично и с (почему-то норманским) акцентом произнесла девушка. — Джимми! — крикнула она сродни банши, и Тео аж присел в коленях от такого резкого крика. — Простите, — покраснела её мертвенно-бледная зеленоватая кожа.
— Что такое? — выскочил откуда-то из-под прилавка вороватого вида волшебник лет эдак сорока, чьи длинные нечёсанные волосы с обильной проседью были покрыты лаком и смотрелись как парик. — Вы хотели меня видеть?
Нотт кивнул.
— Простите, мистер Киддел, что отвлекаю вас…
— Пустяки, — тряхнул головой тот, осклабившись.
— …скажите, вы делаете палочки на заказ, скажем так?
— Простите, мистер…
— Джонс, — тонко улыбнулся мастеру Нотт. — Дэйви Джонс.
Русалка, чистившая чешуйки своего хвоста, выглядывавшие из-под юбки, дёрнулась и, побледнев ещё сильнее, чем до того, покосилась на Нотта.
— Оглохни, — взмахнул невесть откуда появившейся палочкой Кидделл. В палочке виднелся магический концентрирующий след — ни одна палочка Олливандера таким не была заметна. — Я несколько лет занимаюсь палочками, как получил наследство дяди, а в этом году кузен пропал, и Министерство дало заказ на масштабное производство, — извиняющимся тоном произнёс он устало. — Поэтому любые палочки-на-заказ стоят сто.
— Сто — галлеонов? — уточнил, изумившись, Нотт.
— Да, и концентратор в эту сумму не входит, — косо улыбнулся Кидделл. Его палочка вдруг сыпнула искрами, и он недовольно покосился на руку. — Тестирую всё на себе, — пояснил он. Тео усомнился в качестве продукции; впрочем, в отсутствие Олливандеров выбирать было не из чего.
Нотт коснулся своего мешочка, что висел под футболкой невидимой материей — словно нательный крест Томаса, который в детстве даже ходил в церковь. Миг спустя перо феникса, что дал ему Фоукс, было уже в его руке. Красно-фиолетовое, оно переливалось всеми цветами радуги в лучах закатного солнца
— С этим сможете? — спросил Нотт. Русалка за прилавком, что краем глаза всё косилась на него, прикрыла рот руками в изумлении. Тео подавил желание скривиться.
— Это… это перо феникса? — с благоговением спросил Киддел. — Не могу поверить… мне нужно кое-что испытать, — он тотчас схватил с ладони Нотта перо и скрылся под прилавком, будто бы провалившись куда-то вниз. Вслед за ним будто бы лопнули чары, что наложил палочкодел.
— И куда? — спросил недовольно Теодор.
— Я думаю, что он сейчас вернётся, — осторожно предположила русалка. — А… это же было перо магической птицы удачи? Синей птицы, что за эти годы пропал и след?
— Это вы так называете феникса? — осторожно уточнил Нотт.
— Кто «вы», — недовольно нахмурилась русалка. — Я вообще-то чистокровная волшебница, Ариэль Нептуниан!
В помещении повеяло морским воздухом.
— Нет-нет, я не хотел вас обидеть, — торопливо произнёс юноша. — Но ваш акцент…
— А, — девушка оттаяла и улыбнулась. — Да, вы угадали. Я выросла в Онтарио, это рядом с Чикаго, если знаете… а здесь, — она махнула рукой в сторону, где за стенами находилось озеро, — сплошная глушь, как оказалось.
— А как так получилось, что вы отправились сюда? — из вежливости спросил Нотт. — Путь из МАКУСА не близкий!
Русалка зарделась.
— Ну, у меня мама была урождённой Блэк, — пояснила она. — И я уже неделю пытаюсь узнать, как получить наследство! Но этим вечером я совершенно свобода.
Теодор натянуто улыбнулся — сама идея о том, чтобы иметь какие-то романтические отношения с не-людьми ему была противна, а тем более с русалками. Они помолчали. Запах сменился на ощутимо рыбный.
Наконец, из-под прилавка появился взъерошенный Киддел. Его волосы, несмотря на лакировку, были встопорщены, а на лице виднелись следы подпалин.
— Через неделю, в Ливерпуле, бук или тис, приблизительно пять дюймов, с вас шестьдесят семь галлеонов! — протараторил он. — Ариэль, рассчитай мистера Джонса!
И был таков.
