— Мы будем готовиться и готовить замок к осаде, — продолжал вдохновенно Лонгботтом. — Зачаруем куртины, будем сменять часовых. К зиме у нас должно быть готово всё, чтобы, когда придут холода, мы и дементоров смогли отогнать!
— Нужно действительно готовиться ко всему, — согласно кивнул Теодор. — Например, к тому, что на Хогвартс нападут магглы. Вы же слышали, что я был в Аврорате несколько дней, — он повёл плечами. — Тогда магов, которые оказались культистами Тёмного лорда, атаковали именно магглы. Если бы не я, и вовсе никто бы не установил причину нападения.
Подростки помолчали.
— Я думаю, нужно узнать правовой статус студенческих дружин в Хогвартсе, — подал голос Терри. — Мы ещё весной хотели проверить Инспеционеров, но Амбридж была диктатором. Замок же осаждали, и не раз! Гоблины те же.
— Возможно, нужна санкция Попечителей, — предположил Невилл. — Дядя Элджи снова в их числе, я узнаю у него.
— Я бы начал, — дополнил их Тео, — с того, чтобы убедить разделить эту позицию Старших префектов. В их власти очень многое, не только распределение ванной по префектам, чтобы никто не мешал друг другу, но и выделение инвентаря, закрепление аудиторий под клубы и собрания…
— Отличная мысль, Тео!
Ребята погрузились в обсуждение идей для защиты Хогвартса.
Вечером того же дня Теодор Нотт и Джинни Уизли уединились в Уэльсе. Джинни по условиям контракта с её родом могла посещать дома Ноттов уже сейчас, и Тео не стал миндальничать в этом вопросе. Он поделился с ней тайной дома, подаренного дедом отцу, и пригласил переночевать у него (без каких-либо подоплеков!), пока в Норе было неспокойно.
Биллиус Уизли, гонщик и весьма фривольный джентльмен, был пойман авроратом под Империусом, запустив Чёрную метку в разорённом доме магглокровки. Джинни сама рассказала ему на прогулке об этом после посиделок в Кардиффе, и Тео не мог не пригласить её к себе.
Они сидели перед закрытым от сети камином, в котором мерно горел огонь, укрытые пледом. Август должен был начаться с резкого похолодания; колдорадио, заготовленное Тео как подарок для Арчи, рассказывало о ветрах с океана, которые уже застудили Ирландию и надвигались на Уэльс.
— Мне страшно, — тихо сказала Джинни. — Ты не подумай, я не боюсь за себя. Я переживаю за маму. Она так боится за всех нас… в Норе зимой холодно и пусто. Хочу предложить ей пригласить на зиму к себе тётушку, да только они друг друга не переносят из-за маминых братьев. Терпеть не могут дольше получаса.
— Бабушка решила остаться во Франции, — невпопад ответил ей Тео, вдыхая с закрытыми глазами аромат летнего поля, которым пахла её макушка. — Все больше людей бежит на континент. Пережидают. Пайперы и Вэнсы, говорят, уже обосновались в Антверпене.
— Мы переживём и без магазинов бумаги и чернил, — фыркнула Джинни. — Вот в чём-чём, а в этом магглы хороши. Ты и сам не пером пишешь, а ручкой с чернилами.
— Туше, — пробормотал Тео в ответ. За окном начал капать дождик. Ветер завыл в каминной трубе. Глаза юноши почти что слиплись, и он почувствовал, что скоро уснёт, как в окно проскользил серебристый зверёк, трясущийся кролик.
— Мистер Нотт! Это Мартин Тюбер, я прош-шу прощения, что беспокою так поздно, но мне срочно нужна ваша помощь! Жду у камина, п-пожалуйста!
Теодор подскочил, и сонливость словно сняло рукой.
— Что это? Что случилось? — Джинни уже держала палочку в руке, Тео мимолётно отметил что вот так и выглядит гриффиндорскость. — Кто прислал тебе Патронуса?
— Кажется, это мой вассал, мистер Тюбер, — ответил ей в тон Нотт. — С ним что-то не так!
— Я с тобой!
— Нет, Джинни, и ещё раз нет! Я не позволю тебе…
Она вдруг прижалась к нему и их губы слились в неожиданном поцелуе. Всего на мгновение — но длившееся вечность.
— Вернись, Тео! — прошептала она, утирая успевшие выступить слёзы. Нотт кивнул.
— Дерри!
Эльф появился с лёгким хлопком.
— Ваши спальни уже застелены, мастер… что-то случилось? Дерри должен помочь?
— Да, перенеси меня в Актон! — скомандовал Нотт, надевая пиджак, висевший на спинке стула. Пиджак был подарком бабушки, и на нём были защитные чары, наложенные на серебряные нити, вплетённые в подкладку. Пиджак оттого был тяжёлый, «как и любое творение антверпенских евреев», которые стремились весом показать, что не обманывают, но Тео уже привык за пару неделю; впрочем, будь он в нём во время злоключений в Сен-Мало, явно было бы не так легко.
Нотт-холл встретил его чернотой и пустотой. Здесь никого давно не было, и Тео с момента возвращения даже не заглядывал в свой старый дом.
— Боггарты и пикси, — недовольно процедил Дерри, вдохнув чуть затхлый воздух. Эльф снял свой неизменный берет и взмахнул им, делая вид, что обмахивается им как веером.
— Дерри, возвращайся к Джинни и сторожи её, — приказал Нотт. — Я надеюсь, что скоро вернусь.
