Мальчики переглянулись.
— Вряд ли туда бы взяли, — подвёл черту обсуждению Теодор, — Салли-Энн Пёркс.
Каждый из них задумался над этой загадкой, сосредоточившись на работе над своей собственной задачей. Через час, когда Тео набрал материала и написал уже два дюйма по заданной теме, к ним присоединились Дин, Симус и Невилл. Последнему явно на пользу шло наличие компании — он за последние недели стал более собранным, да и одобрение бабушки за то, что Невилл нашёл себе друзей, явно играло не последнюю роль.
Арчи тут же вывалил на гриффиндорцев рассуждения парней на тему пропажи Салли-Энн, после чего Симус, хлопнув себя по лбу, вскочил из-за стола и скрылся куда-то за стеллаж. Лишь ребята успели недоумённо проводить его взглядами, как тотчас же он вернулся вместе со смутно знакомым парнишкой с Райвенкло.
— Терри Бут, — представил Симус. — В этом году вместе отдыхали на Мэне. Прошу любить и жаловать!
Ребята вежливо, будто знакомясь в первый раз, пожали друг другу руки и подвинулись, давая Терри возможность сесть.
— Ну, Терри, — улыбнулся хищно Симус, — рассказывай, что ты знаешь про отсутствие Перкс!
— Ну… э… — смутился райвенкловец. Тео вспомнил, что он на одно «Превосходно» получил больше его самого. — Тут, собственно, не о чем рассказывать. Я видел её на каникулах один раз, ещё до писем. Она была сильно расстроена, потому что её отец тяжело заболел, укус какой-то дряни магической, и семья не смогла оплатить ей обучение в школе.
Он пожал плечами, давая понять, что на этом история заканчивается.
— О, Мерлин, — прошептал Невилл. — Как неловко…
Тео стиснул кулаки. Он никогда не относился к Перкс слишком хорошо — она прибилась к их компании, будучи зазнайкой, лёгкой версией приснопамятной Грейнджер, постоянно встревала в их разговоры, хотя была, вроде как сама по себе. Но вот, Артур к ней привязался, хоть и не сразу понял, что Салли-Энн больше нет в их окружении, да и сам он, думая об этом, понял, что она стала частью ассоциации со школьной жизнью.
Но больше всего, конечно, его разозлило то, что на обучение в школе Салли-Энн не хватило денег. Министерство оплачивало обучение магглорождённых — того же Дина, Грейнджер, да и других, но не могло помочь юной чистокровной ведьме из бедной, но честной семьи!
Теодор почувствовал желание высказаться, но его опередил Арчи.
— Давайте напишем ей письмо! Все вместе! И ты, Бут, тоже!
— Но… Гэмп, мы никогда не общались даже!
— Это неважно!
Ребята расшумелись, и через пару минут к облюбованному ими рабочему месту пришла мадам Пинс, взмахом палочки отправив все их книги по своим местам, а самим ребятам прошипев грозное: «ВОН!»
Гриффиндорцы тут же развили кипучую деятельность. Откуда-то достали абсолютно счастливого первокурсника с красного факультета, грязнокровку с колдокамерой (Тео оставалось только подивиться — в Косом он видел, как такие аппараты стоили полторы сотни галлеонов, невероятные деньги, сравнимые с чистокровными книззлами или новейшими мётлами), который должен был снять их компанию на колдофото. Когда Тео попытался заикнуться о цели, его зашикали со всех сторон и поставили в центр компании.
Так и получилось. К вечеру юный маньяк (Дин, контролировавший процесс, с улыбкой рассказал, что этот Колин гриффиндорской спальне устроил настоящую лабораторию зельевара, бесконечно ругаясь с соседями-чистокровками) притащил десять копий снимка.
Компания второкурсников на фоне Хогвартса о чём-то непринуждённо болтала. Вот кто-то из них начинал махать в камеру, к этому присоединялись и остальные, даже сам Тео, а потом они возвращались к разговору. По центру стоял Нотт, справа от него — Гэмп, затем Лонгботтом и Бут, слева — Забини, Томас и Финнеган. Единение всех факультетов, не иначе.
К этому времени был готов текст. Письмо на четыре страницы содержало в себе короткие (или не короткие) послания от каждого из ребят.
Тео постарался ограничиться кратко.
«Энн! Я знаю, что тебя могло задевать моё, да и всех наших ребят, отношение в прошлом году. И всё же, пусть мне тяжело в этом признаться, и ещё тяжелее оставить это признание на бумаге, мне, как и остальным, не хватает тебя здесь, в Хогвартсе. Мы все безмерно поддерживаем тебя на расстоянии и скучаем. Теперь я знаю, чего хочу добиться в жизни. Того, чтобы все волшебники, независимо от происхождения, достатка или способностей, могли обучаться в Хогвартсе наравне со всеми сверстниками. Надеюсь, наше послание поднимет тебе настроение. Т.Н.»
Незадолго до отбоя ребята гурьбой наведались в башню с совами и отправили пухлый конверт, купленный там же за кнат в специальном автомате, адресату «С-Э. Перкс». На конверте, привязанном к лапке совы, проявилось. «Суррей, Окстед, третья улица, пом. 4».
Ответ от Перкс пришёл буквально на следующий день. Письмо пришло Артуру, но вскрывать он его один не стал — после завтрака, рискуя опоздать на занятия, ребята столпились за дверьми Трапезного зала, вызывая удивление старшекурсников всех четырёх факультетов, явно не привыкших к такому… «братанию», как назвал это Дигорри.
