— Замок Хогвартс был, есть и остаётся самым главным местом Магической Британии. Все мы, все наши предки и все наши последователи проходим через его стены. Это место нашей силы, это место нашей свободы, место, которое определяет нашу историю — историю каждого из нас и историю всего нашего общества. В этом году Хогвартс стал ареной противостояния — и все его насельники, преподаватели и студенты, призраки и домовые эльфы, все мы сплотились против врага. Близнецы Кэрроу, участники убийства маггловской принцессы Дианы, были отторгнуты Хогвартсом и поплатились за свою жестокость. Это стоило нам жизней смотрителя Филча, его кошки, миссис Норрис, и троих магглорождённых студентов, но Тёмный лорд лишился головорезов, что ставили его слово выше, чем жизни ведьм и колдунов. Выше, чем нашу Магию, нашу главную и основную добродетель.
Глаза Каффа округлились в изумлении, о таких подробностях он, очевидно, не знал.
— Бедный старина Аргус, — пробормотал он себе под нос, но Тео услышал, пусть и не сбился с мысли.
— Несколько дней назад новые посланники Тёмного лорда прибыли в замок. Они донесли до директора, что он должен был отобрать четверть магглорождённых и полукровок для того, чтобы приспешники этой твари, червя в обличии человека, что объявил себя бессмертным Волдемортом, провели ещё одно жертвоприношение. Директор согласился на их требования, но мы — нет. Хогвартс отвёрг директора Снейпа, я, как Старший Префект студентов изгнал его из замка. И замок поднял знамёна сопротивления.
— Сильные слова, — покивал старший мужчина. — Вам надо рассказать о том, что случилось со студентами, Теодор. Едва ли родители всех тех, кто оставался в школе, обрадуются вашим словам.
— Спасибо. Я продолжу. Так вот… Защищённый чарами Добрых Намерений Хогвартс кинул клич по всей Британии, и под его сень стеклись все те, кто отважился дать решительный бой предателям нашего рода. Наше дело было правым, и победа осталась за нами. В то время как всех младших студентов спрятали в безопасных гостиных Слизерина и Хаффлпафф, взрослые защитники замка и те старшекурсники, кто решил встать бок-о-бок с ними, приняли бой. Тёмный лорд проиграл ещё до начала битвы. Даже его эмиссар Малфой пожелал удачи нам, тем, кто стоял на стенах замка, за что был убит своим хозяином. Мы стали свидетелями того, что рабы никогда не могли бы одолеть свободных магов. Волдеморт кинул против нас тёмных тварей, от великанов до дементоров, а когда те закончились и отступили, ринулся в бой сам. Гарри Поттер, мальчик, который выжил без малого восемнадцать лет назад, стал на его пути. Он отвлёк врага на себя, пока героические маги, включая Министра Шеклболта, директора Макгонагалл и главного целителя Шафика, атаковали Волдеморта. И их заклинания нашли свою цель. Все вместе мы сделали то, о чём мечтали все маги островов эти долгие месяцы, мы уничтожили Тёмного лорда, теперь — навсегда.
— Отлично, просто отлично! — Кафф сделал несколько демонстративных хлопков ладонями. — Добавите что-нибудь про своё участие, мистер Нотт? Вас уважительно величают Гигантоборцем, как я слышал.
— Да?.. не слышал… но да, я так же сражался на стенах замка. Победа — дело каждого из тех, кто стоял на стенах и в залах, кто помогал раненым и охранял беззащитных. Не так важен мой личный вклад или вклад мистера Поттера, как важна наша общая причастность к тому, что мы победили. Победили ради тех, кто желал нам успеха. Победили ради тех, кто под гнётом страха не мог позволить себе отстоять свою свободу. Победили ради того, чтобы Британия, Магическая Британия была вновь свободной.
— И про цену победы тоже, ведь без жертв не обошлось.
Это был неприятный момент. Теодор сморщился и поправил галстук. Он был в парадной школьной мантии, так попросил Кингсли, чтобы подчеркнуть его статус студента и участника сражения.
— Герои, которые возложили себя на алтарь победы, не должны остаться забыты. Как старший префект замка и участник этих событий я прошу Попечительский совет установить памятник всем тем студентам, что бесстрашно ринулись вперёд и спасли остальных. Гриффиндорцы Браун… то есть, Поттер, — он спохватился, заботясь о Артуре, — и Криви. Райвенкловцы Шеттигар и Макгаффин. Хаффлпаффец Мелларк, слизеринцы Харпер и Стоун, двадцать восемь студентов Хогвартса встали на линию чар между миром свободных колдунов и рабского клеймления, и, к моему глубокому несчастью, пали в этой борьбе. Как Старший префект, я скорблю с семьями каждого из них. Мы гордимся тем, какое самопожертвование проявили эти студенты, и мы не забудем их никогда впредь.
— Даже слизеринцы?.. простите, мистер Нотт, не под запись. Стоун — это из Ньюпортских Стоунов?
Теодор вспомнил шестикурсника Уильяма, тогда ещё живого, с которым он говорил на куртине. Сын лавочника с южного побережья, он никогда не поддерживал радикалов, но с неприязнью смотрел на темнокожих студентов, и эта неприязнь перешла на тёмных тварей.
